В ее сторону медленно повернулись пять мужских физиономий – бледных, натянутых, выражавших разнообразные чувства, от глухого страдания до полного смятения.

– Доброе утро, миледи, – вежливо откликнулись присутствующие, но трое при этом скривились, а двое заслонили глаза руками. Этим утром один только Арик оставался нормальным. Полностью его проигнорировав, Дженни посмотрела на брата Грегори, который выглядел не лучше других, а потом на Ройса.

– Что со всеми стряслось? – спросила она.

Ройс взял себе белого пшеничного хлеба и холодного мяса, стоявшего на столе, и мужчины неохотно последовали его примеру.

– Расплачиваются за вчерашнюю ночную оргию с попойкой и дев… гм… и с попойкой, – ухмыляясь, растолковал Ройс.

Изумленная Дженни оглянулась на брата Грегори, только что поднесшего к губам кружку с элем.

– И вы тоже, брат Грегори? – поинтересовалась она, и бедняга поперхнулся.

– В первом грешен, миледи, – виновато признался он, – но утверждаю полнейшую свою невиновность во втором.

Дженни, не успевшая расслышать поспешно проглоченное Ройсом второе слово, удивленно уставилась на монаха, но тут встряла тетушка Элинор:

– Я предвидела именно эти хвори, моя дорогая, и раненько утречком спустилась было на кухню приготовить чудесное подкрепляющее, да нашла там всего лишь щепотку шафрана!

Упоминание о кухне немедленно привлекло внимание Ройса, и он, кажется, в первый раз принялся с большим интересом изучать леди Элинор.

– Вы считаете, что на моих кухнях недостает многого… что помогло бы сделать все это, – он обвел жестом довольно-таки неаппетитные остатки вчерашней еды, – намного приятней на вкус?

– Ну конечно же, ваша светлость, – с готовностью подтвердила она.

 – Я испытала серьезное потрясение, обнаружив такую прискорбно пустую кухню. Там есть розмарин и тимьян, но нет ни изюма, ни имбиря, ни корицы, ни майорана, не говоря уж о гвоздике. Я нигде не увидела ни одного ореха, за исключением единственного жалкого, высохшего каштана! Орехи – это ж великолепнейшая добавка к деликатесным соусам, изысканным десертам…

Заговорив на кулинарную тему, тетушка Элинор вдруг оказалась в центре безраздельного мужского внимания.

Один только Арик не проявил ни малейшего интереса, упорно предпочитая поедаемую им холодную гусиную ногу деликатесным приправам и десертам.

– Продолжайте, – сказал Ройс, сосредоточенно и восторженно взирая на нее. – Что бы вы могли приготовить, подразумевая, конечно, наличие всех необходимых для этого продуктов?"

"– Ну, дайте подумать, – сказала она, слегка хмуря лоб.