И через пару часов придворные сторонники традиций поимели целый ушат проблем — не выйди мэдчен Саддэн в люди, не пришлось бы растрясать мошну. А ведь Маргарет не поленилась и поименно перечислила всех, кто считался ответственным за бесплатную целительскую помощь. Так благородные дерры выяснили, что за свое имя на парадной табличке дома исцеления надо платить не только в казну, но еще и на артефакты отстегивать. Это была не самая приятная новость.

Последний день перед балом Маргарет провела на взводе — Сарна притащила откуда-то трех помощниц и доводила свою госпожу «до небесной красоты». Правда, самой Маргарет казалось, что ее пытаются изощренно убить. Да еще и Ривергейл вернулся во дворец — Тарию забрали в целительский дом. Нанятый лекарь что-то усмотрел в своей подопечной и решил пронаблюдать ее у себя.

Маргарет успокоила Рива и напомнила мальчику, что беременность и роды — весьма естественный процесс. И что благодаря магии смертельные случаи с роженицами если и бывают, то только в очень, очень глухих деревнях. Нельзя сказать, что ребенок успокоился — ведь эти знания и на мэдчен Саддэн не особенно повлияли.

Надежда была только на Тамиру, но перед обедом без пяти минут королеве принесли радостную весть — ее ближайшая подруга слегла с нервным срывом. Прижав пальцем задергавшийся глаз, Маргарет коротко приказала:

— Голубое прогулочное платье, волосы — в косу. На шею — жемчуг. И ради Богини, Сарна, достаточно кремов.

Сарна коротко поклонилась и быстро принесла требуемое. Короткое заклинание — и с Маргарет серебряными искрами осыпались излишки крема. Она с трудом сдерживалась, чтобы не накричать на служанок, — Тамира и нервный срыв никак не хотели складываться в одно предложение.

Наконец, последний шнурок был затянут, пояс заколот, а коса заплетена. Прошло не больше десяти минут, но для Маргарет это показалось настоящей вечностью. Подхватив на руки встревоженного Каприза, мэдчен Саддэн телепортировалась в гостиную подруги.

На низком кофейном столике лежало письмо.

«Я замолю этот грех», — пообещала сама себе Маргарет и подхватила лист. Пробежав взглядом по строчкам, она передернулась и признала за Тамирой право на срыв. Быть экстренно выданной замуж тогда, когда ты в шаге от свободы и любви… так и с собой покончить недолго. На волне отчаяния, так сказать.

Подруга нашлась в спальне. Она лежала на спине, поперек постели, с самым бессмысленным выражением лица. На щеках подсыхали дорожки слез, губы пересохли и даже немного кровили. Будто она кусала их, силясь сдержать рыдания.

— Тами.

Мэдчен Кодерс медленно перевела взгляд на Маргарет, дернула уголком рта и вновь уставилась в потолок.

— Это не конец.