Внешне по всем параметрам она рязанке проигрывает: дутые губы моментально бросаются в глаза – тут даже и трогать не нужно. Холеная до приторности, скрывающая за косметикой малейший изъян, тем самым перечеркивая любой намек на индивидуальность. Сейчас каждая третья девушка в Москве выглядит точно так же.

— Привет, пап. Почему не позвонил, что приедешь? – спрашивает сын, приподнимаясь на кровати. – Нет, ты не помешал, конечно. Просто я думал, что посещения на сегодня окончены.

Черноволосая встает с кровати и начинает старательно поправлять платье. Неужели мне обязательно это видеть?

— Ладно, Дим, не буду мешать. Я забегу еще завтра, окей? - Мне достаются загадочный взгляд и кокетливое: — До свидания, Сергей.

Сергей Георгиевич я для тебя, девочка.

— До встречи. Передавай нашим привет, - сын машет Сабине на прощание, провожая её взглядом до двери.

Оставшись с Димой наедине, придвигаю к кровати стул и сажусь напротив. Пытаюсь угадать, какие отношения между этими двумя, но лицо сына выглядит беспристрастным.

— Кто она? – киваю в сторону двери.

— Просто подруга из универа, пап. Только вот не надо ни на что намекать, ладно? – усмехается Димка, взъерошивая волосы. – У нас с Юлей все серьезно, не думай.

Тогда почему посторонняя девчонка приходит к нему в палату, когда время для посещений окончено?

Спросить об это мне не удается, потому что следующими словами Дима вызывает у меня приступ растущего негодования.

— Пап, я хотел попросить у тебя денег, чтобы мы с Юлей могли снять квартиру. В нормальном районе, с нормальной звукоизоляцией и парковкой. Она не хочет жить в доме, и её можно понять – тебя она не знает, да и до универа далеко добираться.

Злость во мне бурлит с новой силой. Я стискиваю челюсть до хруста, чувствуя, как кровь приливает в голову, вызывая неконтролируемую ярость. Какого черта она о себе возомнила? Теперь ей неугодно со мной жить, и она хочет съехать в район получше и за мои же деньги?

— Послушай меня, Дима, - скрещиваю пальцы в замок, чтобы вернуть расшатанное самообладание. - Если ты решил жениться, то должен отдавать себе отчет в том, что вместе с этим начинается новая жизнь. Как минимум странно то, что папа взрослого мальчика будет спонсировать каждую прихоть его капризной невесты. Вернее, не будет.

— Да, но я еще учусь…

— Это не оправдание, Дима. Голодным ты не останешься, но твои траты, начиная с сегодняшнего дня, я урежу до прожиточного минимума среднестатического москвича. А остальное как-нибудь сами, ладно? Если тебе хватит пятьдесят тысяч рублей на аренду шикарных апартаментов, на оплату продуктов, универа и заправку автомобиля – конечно переезжайте.

Сын выглядит обескураженным. Пытается что-то возразить, но я поднимаюсь со стула и прощаюсь.