Внутри меня что-то нетерпеливо зашевелилось, подняло голову и расправило крылья. А потом потянулось к нему.

— Глупый, — я поймала себя на том, что улыбаюсь, — тебе не нужно меня отпускать. Разве я не твердила все это время, что хочу остаться?!

Его глаза распахнулись шире, зрачки затопили всю радужку.

— Рори! — изумленные нотки в голосе Габа заставили меня замереть. — Смотри!

Кажется, он впервые назвал меня так. Или нет?

Я оторвала от него взгляд и растерянно уставилась на свои руки.

Они светились.

Нет, не просто светились! Они медленно, но неуклонно покрывались сияющей чешуей.

Одна за другой чешуйки проступали серебристыми дорожками вверх по коже от кончиков пальцев. С каждым ударом сердца их становилось все больше, они сливались в сплошную броню. (1a602)

— Что это? — ахнула, поднося пальцы к глазам. — Что происходит?!

Один вдох — и на месте аккуратных коротких ногтей заблестели острые коготки. Симпатичные такие, перламутровые. И что-то подсказывает, очень опасные.

— Значит, я не ошибся… Запах не обманул…

Глава 26

Габриэль смотрел на меня с восторгом и восхищением, как я сама еще недавно впервые смотрела на анкров.

А меня распирало от новой силы и нового чувства.

Зачесались лопатки. Неистово. Так что захотелось разодрать кожу до крови новенькими когтями. Я уже потянулась назад, когда Габриэль перехватил мои руки. Наши ладони соединились, меня словно ударило током.

— Стой! Этого делать нельзя! Они должны сами прорезаться!

Что? О чем он вообще?

Возмутиться вслух не успела.

Раздался резкий короткий треск.

Что-то тяжелое и непонятное дернуло меня в сторону, придавило к земле, потянуло назад. Ощущение, будто я во время свободного падения резко выпустила парашют.

Или у меня за спиной оказались два мешка, доверху набитые булыжниками.

— Ай! Что происходит?!

— Это крылья! И они очень милые!

Габ смеялся. Впервые я слышала его смех."

"Мне же было совсем не смешно. Тело меня не слушалось. Так называемые крылья мешали. Я чувствовала их как бесполезный груз, мешающий свободно двигаться. Они оказались очень тяжелыми, неподъемными. Обвисли безжизненными полотнищами вдоль спины и не реагировали на мои попытки собрать их в кучу.

— Откуда они взялись? Как их убрать?

— Пока никак. Придется тренироваться.

Наращивать мышечные связи.

— Габ! Хватит смеяться! Сделай уже что-нибудь!

Крылья тянули меня назад.

Я вцепилась в супруга в попытке удержать равновесие. Но это оказалось непросто, поскольку мне мешала пятая конечность.

Пятая конечность?

Я опустила глаза и тоненько взвыла.

Хвост! Мельче чем у Габа, толщиной с мое запястье, не больше, но такой же гладкий и серебристый, с выступающими косточками вдоль позвонков. Такая себе мелкая анаконда. Его заостренный кончик сиротливо ощупывал пол, будто слепой котенок.