— Твою бы настойчивость, да в нужное русло… — оглядевшись по сторонам, замечаю торопящегося ко мне охранника. В его руках зажат зонт. Наконец-то. — Ладно, давай пообедаем где-нибудь. Только недолго. Я тороплюсь.

— К Молотову?

Делаю вид, что не замечаю убийственного взгляда, которым Макс буравит мой висок. Пусть катится к черту со своими претензиями.

— Тебя теперь даже охраняют его люди, — хмыкает после того, как молодой парень раскрывает надо мной зонт и помогает спуститься по мокрым ступеням. — Неужели ты не понимаешь, зачем он всё это делает? Жень, очевидно же! — продолжает жужжать, следуя за нами.

— Знаешь, Максим, а я вот считала очевидными совершенно иные вещи. Например, что муж должен защищать жену и поддерживать в трудных жизненных ситуациях, — проговариваю нарочито прохладно, дабы он понял, что не имеет никаких прав высказывать недовольства. — Но оказалось, нет. Мужья нынче пошли интересные. Разве что упреками сыпать способны.

Максим прекрасно понимает, к чему я клоню.

— Женя, не при посторонних, — цедит сквозь зубы.

Он в своем репертуаре — репутация не просто подмочена, скорее, — расквашена. Но всё ещё печется о том, что обслуживающий персонал становится свидетелем перепалки.

— Встретимся в «Кэче», — бросаю ему и прошу сопровождающего меня парня ускорить шаг.

* * *В ресторан мы приезжаем раньше Максима. Я успеваю заказать себе авторский лавандовый чай с фруктами и сделать несколько рабочих звонков.

Мое отравление на рабочем месте и последовавшие за этим события ударили по деловой репутации клиники. Я благодарна Владу за помощь и нисколько не возражаю против его жестких мер, но пациенты, присутствующие при проверке персонала, мягко говоря, были шокированы. Неудивительно, что некоторая информация просочилась в сеть.

Теперь мы активно разрабатываем новые направления и освежаем клиентскую базу.

В ходе следствия выяснился неприятный факт. Комаров подкупил одну из сотрудниц клиники — работницу регистратуры. Срок девушке грозит не только реальный, но и внушительный.

Я бы могла сказать, что мне жаль, но нет. Всем нам приходится отвечать за свои поступки.

— Ты уже сделала заказ? — появившись, взъерошенный Максим ведет себя как слон в посудной лавке. Громко шаркает стулом об пол и выругивается, когда его телефон падает на пол. — Да что за день-то такой, а?!

Подняв телефон, бросает его на соседний стул и нервно проводит по влажным волосам.

Отмечаю мысленно — от былого лоска и следа не осталось. В браке со мной он всегда выглядел холеным, статусным и поджарым мужиком, а сейчас…

Грустно, одним словом.

Была ли моя любовь ослепляющей? Скорее всего, да.