— Она сама выбрала свою судьбу, — шипит Крессида и безучастно смотрит на мертвую Матильду.

— Надеюсь, она придет к тебе сегодня во сне, стерва, — еле слышно говорит инквизитор, так что расслышать могу только я и настоятельница.

— Уберите ее, — говорит она, и сестры быстро подхватывают бездыханное тело и уносят с площадки.

Последней подхожу я, чувствуя, что ноги мои совершенно одеревенели от холода, а пальцы рук едва слушаются. Так что, когда мне дают моллюска, я едва не роняю его на землю.

— Осторожнее, — шипит, Крессида, — дарами не разбрасываются.

Я раня пальцы до крови, раскрываю острые створки и вижу пульсирующего синим светом моллюска, похожего на сгусток полупозрачного бесформенного желе.

— Оно живое, — говорю я шепотом.

— Конечно живое, как и ты, — говорит настоятельница. И оно будет жить в тебе, охраняя твою чистоту и согревая тебя.

— Или убьет меня?

— Если море так решит….

Я раздумываю, не выбросить ли моллюска в море и не попытаться ли убежать сейчас. Но кольцо сестер плотно сомкнуто, да и инквизитор не отрывая глаз смотрит на меня, словно поедая глазами вид моего обнаженного тела.

Я бы, возможно, смутилась, если бы холод не сковывал все мое существо безжалостными тисками. Но теперь, кажется, словно это и не я стою здесь, не меня кусают холодные порывы ветра и не я только что заглянула в глаза смерти."

"Я осторожно слизываю языком светящийся сгусток и глотаю его, стараясь не думать, не чувствовать, не ждать ничего.

На вкус он словно глоток ледяной соленой воды из моря.

Я чувствую, как спустя мгновение по всему телу начинает разливаться тепло. Зрение словно бы прочищается и все вокруг становится светлее и ярче.

Я перестаю дрожать и чувствую, словно меня окутывает волна теплого дыхания идущая изнутри моего тела.

— Что ты чувствуешь? — спрашивает Крессида.

— Я чувствую тепло.

Крессида берет меня за руку и подводит к краю площадки.

В нескольких метрах внизу о стену бьются беспокойные волны, разбиваясь на тысячу брызг. Они почти долетают до меня, я почти чувствую мелкие холодные капли на своей коже.

— Ты видишь эту светящуюся точку? — спрашивает КРессида, указывая куда-то в море.

Я приглядываюсь и вижу вдали, едва заметный огонек, светящийся в сгущающихся сумерках.

— Я вижу.

— Там твое новое имя, там твоя новая жизнь, там твое спасение. Если море позволит, ты получишь его.

Со всех сторон к нам подходят сестры.

— Если кто-то поплывет на берег, а не к мояку, того ждет смерть, — говорит Крессида — Примите судьбу достойно.

В следующее мгновение я чувствую, что меня с силой дергают и я лечу вниз, навстречу безжалостным ледяным волнам.