Вот этот большой дом, это комиссариат, где работал Мегрэ. Вот только кафе по-другому называется. Дофин - это вся небольшая площадь. То ли Сименон выдумал это кафе, то ли переводчик когда-то ошибся, и с тех пор пошло, что ""Дофин"" - это кафе. Ну, отсюда двинем пешком. В центре полно машин, лучше погуляем на своих двоих.

Наверное, это был самый счастливый день в моей жизни. Мы проходили весь день по музеям, а в перерывах заглядывали в кафе, ели мороженое, пили вино и были всем абсолютно довольны. Толпы парижан текли мимо нас, витрины магазинов и маленьких кафе манили зайти. Все были веселы, никто никого не толкал, не ругался. ""Даже дети у них не капризничают"", - подумала я с завистью. Над толпой витал запах хорошей косметики, аромат вкусной еды. Можно только удивляться, как, поедая столько печеного, сладкого, жареного и жирного, французы в массе своей остаются тощими."

"Рано или поздно все заканчивается, завершился и этот волшебный день. На улице уже окончательно стемнело, когда мы с Наташкой помчались домой. Устав от беготни, я тихо дремала на заднем сиденье, Наташка напевала какую-то песенку:

- Зизи, зизи...

""Надо будет спросить у нее, что такое ""зизи"", - вяло отреагировал мой мозг на незнакомое слово. И на этом я заснула.

Разбудил меня резкий толчок машины. Оказывается, мы уже доехали. Я открыла глаза и зажмурилась от яркого света. Во дворе было полно машин: две простые ""Скорые помощи"" и одна реанимация, несколько полицейских, два красных ""Рено"", грузовик, на котором громоздились останки темно-синей машины.

Наташка выскочила из машины. Невысокий лысый толстячок поспешил ей навстречу:

- Мадам, позвольте представиться, я комиссар Перье. Глубоко сожалею, но должен сообщить вам ужасную новость. Мадам, мужайтесь: ваш муж попал в автомобильную катастрофу и...

Не дослушав его, Наташка рухнула на землю. Комиссар засуетился вокруг нее:

- Сюда, скорей, врача, ей плохо!

К Наташе подбежал бородатый мужчина в белом комбинезоне.

- Разве можно так, господин комиссар, - сразу, как обухом по голове. Вы бы сначала дали ей сесть. Ну и методы у вас... - укорил он комиссара.

- Я еще не успел ничего произнести, - начал оправдываться толстячок. -Я только намекнул, что произошла катастрофа.

- Да, конечно, глядя на то, что осталось от машины, она должна была подумать, что ее муж задавил кошку, - продолжал доктор, делая укол. - Хорошо, хоть ребенок не сильно пострадал.

При этих словах я почувствовала, что теряю сознание.

- Господа, с бароном Макмайером в машине была девочка. Что с ней?

- Ребенок в полном порядке, несколько легких ушибов, и все. А вы кто, мадам? - поинтересовался комиссар.

Я замялась: Наташка всем представляла меня как свою сестру - жаль, не успела спросить у нее, почему.