Мельком видела Рыжего, но поскольку он ничего не сказал, то и я не стала его провоцировать, мне только показалось, что смотрит он как-то не так, как обычно, но возможно, это от усталости, да в темноте я себе напридумывала.

Так началась у меня морская служба. Я платила, меня учили, жила я в отдельном уголке, и статус мой уже был повыше юнги-приживальца, хотя палубу продолжала драить регулярно. Капитан наш, да и его сыновья были люди предприимчивые, и кораблик наш весьма успешно делал свои заходы в порты Корции, перевозя запрещённые к ввозу товары или просто игнорируя ввозные пошлины и составляя конкуренцию официальным торговым компаниям.

Так продолжалось почти четыре с половиной месяца, я уже достаточно уверенно чувствовала, управляясь со снастями, тельце моё укрепилось, а благодаря «силе аристократки» я могла гораздо больше, чем простачки.

Я всё удивлялась, что мы достаточно легко проскакиваем мимо таможенных кораблей, и однажды везение закончилось. Мы везли груз для какого-то конкретного аристократа, не знаю точно, что, но, похоже, было на табак и алкоголь, и встречи с таможней избежать не удалось. В перестрелке было ранено двое — я и Рыжий. С другой стороны, был смертельно ранен стражник. И я поняла, что я больше не Изабелла Данилова, девушка из цивилизованного общества, а Изабелла Градиент, с ожесточившимся сердцем и стальной волей к достижению цели. Я поняла, что больше не боюсь боли, могу смотреть в лицо опасности и мне не жаль моих врагов, ну или тех, кто оказался на их стороне."

"Рыжий был ранен легче, чем я и нас оставили вдвоём в какой-то маленькой деревушке на берегу, где местные старухи лечили нас травяными примочками. А Рыжий стал хранителем моей тайны… В общем, когда я очнулась, Рыжий сказал, что готов дать клятву и сохранить мою тайну, и будет счастлив, если я возьму его на службу. Оказалось, что Рыжий сам из семьи простаков, которая многие годы служила семье Градиент, и после того, как род Градиент был уничтожен, новый управляющий, назначенный новым королём, разогнал всех, кто помнил прежнего владельца, родители Рыжего умерли, и он вынужден был наняться к контрабандистам, чтобы прокормить младших сестру и брата, а меня возненавидел, потому как, я выглядел настоящей угрозой его положению у Хавзара и ещё, что на подсознательном уровне ощущал необходимость служить мне, но не мог понять откуда это чувство.

А меня он узнал по метке рода на шее, практически на линии роста волос — герб семьи Градиент, который получали все прямые наследники рода. Ну и узрев или ущупав, не знаю, как уж это было, и знать не хочу, что я не парень, Рыжий сложил два и два и понял кто перед ним. А учитывая, что семейные клятвы, которые давала его семья, действуют пока жив хотя бы один Градиент, то решение было принято.