Поэтому пока мы с бароном решили не объявлять о том, что жива ещё одна из рода.

И вот мы снова собираемся в путь, обратно в столицу. Георг очень торопится, ему не терпится представить свету нового герцога Клински и видно, что он скучает по мальчику. На этот раз караван у нас получается больше, с нами три закрытых возка для перевозки пленённых бандитов. Возки предоставила полицейское отделение Брандта, но попросились ехать вместе с нами, так как у нас большой отряд охраны. Отдельно решили везти Мордье, так как его показания нужны для того, чтобы окончательно избавиться от бывшего королевского прокурора, который пока ждал суда в Кастилии.

Все знали, что я предпочитаю ездить верхом, но всё же подготовили карету на всякий случай, если я устану или мне что-то понадобится в дороге, то, что не предназначено для посторонних глаз. В карету я усадила горничную.

Возки с преступниками и багажом уже вывели за ворота, оставался только Мордье. Мы же все стояли в небольшом дворе перед домом барона. Фредерик был за воротами, что-то обсуждал с капитаном и полицейскими. Ганеша я отправила помочь горничной с загрузкой в мою карету личных вещей, сама же ждала, когда экономка приведёт Катрину, чтобы попрощаться с девочкой. Мне показалось, что за последние дни она немного привыкла ко мне и перестала убегать. Вчера я даже уложила ей спать и рассказала сказку про Русалочку*, как она обменяла свой голос на ножки, и ей приходилось молчать. Правда, я переделала конец сказки, и у меня Русалочка осталась с прекрасным принцем. (*«Русалочка» (дат. Den Lille Havfrue, в дословном переводе — «Маленькая морская дева» или Маленькая Русалка) — всемирно известная сказка датского писателя Ханса Кристиана Андерсена)."

"Только Георга не было видно, зато было слышно его бас и повизгивания Дульсинеи. Наверное, тоже прощается с «прекрасной девой» — Дон Кихот*

(*Дон Кихот — центральный образ романа Мигеля де Сервантеса (1547–1616) «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский»)

Наконец-то Винья с девочкой вышли, и Катрина сама подошла ко мне и заглядывая мне в лицо, глядя снизу вверх, обняла. Я даже прикрыла глаза, потому что у меня в этот момент навернулись слёзы, как и у старого барона и у его экономки, которые стояли чуть в отдалении и с умилением смотрели на нас. И в этот момент одновременно произошло две вещи…

Крик, падение тела, выстрел, что-то больно обожгло мне плечо, я открыла глаза и первое, что я увидела было перекошенное, безумное лицо Мордье, который целился в меня из пистоля, и я, понимая, что не успеваю убежать, закрыла собой Катрину и сжалась в ожидании выстрела. Выстрел… но вместо ожидаемой боли меня сбило на землю чьё-то тяжёлое тело.