— Господи, но чего же ты хочешь от меня? — спросила она.

— О, ничего особенного. Ты представишь их на моем балу, на приеме у Алмакс, когда повезешь туда Джейн, и еще…

— Алмакс! — воскликнула она. — Почему же ты не втолковал своей протеже, что она хочет невозможного! Может быть, ты собираешься достать ей приглашения туда?

Она метнула на него полный сарказма взгляд.

— Нет, я не смогу. Но ты можешь, Луиза, с помощью парочки своих покровительниц, как ты сама часто говорила мне."

"— Доставать приглашения для дочерей Фреда Мерривилла! Ты требуешь от меня слишком много! Для нищих девиц, обитающих на Верхней Уимпол-стрит, которые даже не родня нам! Я думаю, более чем достаточно и того, что они будут у тебя на балу, устроенном по поводу выхода в свет моей Джейн, но приглашать их к Алмакс — нет, Вернон! Я не хочу казаться неблагодарной, но…

— Моя дорогая Луиза, ни слова больше! — перебил он ее, надевая шляпу.

 — Я не хочу обременять тебя просьбой, которую ты не можешь выполнить. Забудь все, что я тебе сказал, забудь вообще, что я сегодня к тебе приходил! А теперь позволь откланяться.

Она вскочила, раздражение и страх боролись в ней.

— Подожди, Алверсток!

— Нет, я уже и так задержался. Твои дочери заждались в экипаже!

— Не важно! Но ты должен…

— Я должен признаться, что для меня это действительно не важно. Важно только то, что я теряю время. Нельзя же целый день потерять из-за такого скучного дела; а чтобы застать Лукрецию до того, как она уляжется на своем диване восстанавливать силы после утренних трудов, я должен идти немедленно.

Она схватила его за руку и вцепилась в нее пальцами.

— Нет, Вернон, если ты посмеешь предложить Этой Женщине быть хозяйкой бала!

— Отпусти меня, сестрица! — игриво сказал он. — Конечно, посмею, и такой уж у меня непостижимый характер, что твои угрозы не смогут напугать меня. Кстати, чем ты угрожаешь мне?

— Я бы никогда не простила тебя! Никогда! — заявила она. — Сам подумай! Какое мне дело до этих несчастных девиц?

— Абсолютно никакого, — согласился он, освобождаясь от ее цепких пальцев.

— Я даже никогда их не видела, — отчаянно сопротивлялась она.

 — О. до чего же ты отвратительный!

— Возможно, — рассмеялся он, — зато не такой безмозглый, как ты, Луиза. Решай скорее, согласна ты или нет?

Она с мольбой посмотрела ему в лицо, надеясь смягчить его хоть сколько-нибудь. Он улыбался, но ей была знакома эта улыбка. Она сказала покорно, но с достоинством:

— Конечно, я сделаю все, что могу, чтобы отблагодарить тебя. Если мне удастся достать приглашения на прием к Алмакс для двух совершенно незнакомых мне девиц, я постараюсь сделать это.