Он объяснил Алверстоку, который в это время дежурил, что помимо своих учебников он захватил все любимые книжки Феликса.

— Он любит, когда я читаю ему перед сном. Так вот, я привез его старые книги и еще «Уэверли»[4]. Гарри напомнил мне. Когда Фредерика читала нам вслух этот роман по вечерам, Феликс уже спал, так как был еще мал. Но теперь он получит такое удовольствие, правда, сэр?

— Обязательно, только, боюсь, не сейчас.

Лицо Джессеми помрачнело.

— Да, Керри рассказывал мне. Спасибо, что прислали его за мной, кузен! Керри сказал, что у него ревматический приступ, он плохо себя чувствует и ужасно мучается.

— Ну что ты, конечно нет! Но ему плохо и может стать еще хуже прежде, чем он начнет поправляться. Сейчас он спит, но часто просыпается, так что мне надо вернуться к нему в комнату. Если хочешь, можешь пойти со мной, ты его не разбудишь, если будешь тихо говорить.

— Да, разрешите мне, пожалуйста, — сказал Джессеми. — Я так хочу его видеть.

— Конечно, пойдем. Только не удивляйся, если он не узнает тебя, когда проснется: он не всегда приходит в сознание, понимаешь?

Джессеми был так потрясен видом Феликса, что не мог справиться с голосом и отошел к окну, чтобы взять себя в руки.

— Как мне жарко! Пить! Фредерика!

— Сейчас у тебя все пройдет, — сказал Алверсток, приподнимая его. — Вот наш лимонад, а пока ты пьешь, Джессеми взобьет подушку, чтобы тебе было удобнее. Ты знаешь, что Джессеми пришел повидать тебя?

— Джессеми, — рассеянно проговорил Феликс.

Но когда его положили обратно, он огляделся и, заметив брата, с трудом улыбнулся и выговорил уже радостно:

— Джессеми!

Взяв его за руку, Джессеми неуклюже сказал:

— Все в порядке, старина!

— Зачем я это сделал? — горько воскликнул Феликс. — Я не знал, что это так больно. Ты очень сердишься?

— Нет, говорю тебе, нет!

Феликс вздохнул и, когда Алверсток стал протирать ему лицо, снова закрыл глаза.

Джессеми обрадовался, что Феликс пришел в себя, сразу повеселел и стал рассказывать Алверстоку, когда брат заснул, новости с Верхней Уимпол-стрит.

"В целом все ничего, хотя Черис плакала каждую минуту, вспоминая бедного Феликса, а мисс Уиншем выходила из себя из-за всех этих напастей: случай с Феликсом просто специально свалился ей на голову, чтобы доконать ее; кроме всего остального она утверждала, что у нее никогда не хватало терпения сладить с ним, и это вина Фредерики, которая избаловала его. Гарри вернулся вчера вечером из Уэльса и сразу принял на себя заботы по дому.