И даже чуть приподнимает подбородок. Почти дерзко.

Выдыхаю.

Демонстративно протягиваю руку. Изгибаю бровь и смотрю на Мику пристально.

Сама должна понять, что мне нужно. Не глупая.

- Ну, - подгоняю ее.

Вздрагивает, но тут же злится на себя за проявленную слабость. Хмурится, обходит меня по широкой траектории, при этом не упуская из поля зрения. Даже к шкафу идет спиной.

Слежу за ней - и опять возвращается мерзкое ощущение, будто я особо опасный преступник, а Мика – жертва. Что ж такое-то?

Девчонка лишь на миг отводит взгляд, хватает сумочку и одним движением выуживает оттуда мои часы. Едва сдерживаю облегченный выдох: не продала никому. Я все равно бы отыскал, конечно, весь город вверх дном бы перевернул, но зачем мне эти сложности?

Мика держит часы двумя пальцами, тянет руку – и отпускает, как только я подношу ладонь. Едва успеваю поймать.

- Осторожнее! – рявкаю на нее.

- Если они тебе так дороги, то оставляй дома, когда в следующий раз решишь переспать в первой встречной! – выпаливает с укором. - Если не украдут, так потеряешь. И придется оправдываться перед той, кто дарила «с любовью», - тянет ехидно.

Одной фразой бьет в цель. Так жестоко старую рану вскрывает, что мне становится не по себе. Неужели я рассказал ей что-то, пока в полусознательном состоянии был?

- Не придется, - цежу сквозь боль. – Не перед кем больше. К сожалению…

Ноль реакции. Не понимает, о ком я. Или делает вид.

- Деньги не здесь. Потом верну, - выдает Мика отрывисто. – Правда, не все, - кусает губу изнутри.

- Оставь себе, - небрежно бросаю, а сам застегиваю часы на запястье. – За услуги.

- Мои услуги не продаются, - фыркает обиженно и добавляет чуть тише. – Козел.

Смотрю на нее исподлобья: раскраснелась, губы надула, пыхтит, точно ёжик. Странная реакция. Неужели у нас действительно… было? И не спросишь же. Позорище – так облажаться. Надеюсь, мы хотя бы предохранялись…

- Так, вернемся к разговору, - строго говорю и убираю руки в карманы. – Какого хрена тебе нужно от моего деда?

- Нашего деда, братишка, - язвит эта бессмертная. – На-ше-го!

С таким трудом закрученный стоп-кран опять ломается к чертям. Внутри что-то взрывается каждый раз, когда Мика называет меня братом.

- Ах ты ж! – гавкаю гневно.

Делаю рывок по направлению к девчонке, хочу схватить ее за руку, но она быстро ориентируется. Запрыгивает на постель, становится ровно посередине. Балансирует на огромном, пружинистом матрасе, путаясь ножками в одеяле. Ни с какой стороны к ней не подступиться.

- Прежде чем ты нападешь, - угрожающе тычет в меня пальчиком, - я успею своим визгом поставить на уши весь дом!

- Да не собираюсь я нападать! – поднимаю руки, капитулируя. - Мне нужна от тебя правда! Все. И тогда я уйду.

Отхожу назад, почти к самой двери.