И дело вовсе не в том, что мы не встретились в детском садике, как родители, а в том, что Федор… людей убивает.

Обливаю холодной водой лицо, параллельно пытаясь прийти в себя и понять, как дальше быть. Но в голову, как назло, ничего не приходит.

Я не знаю, почему мой взгляд цепляется за плитку на стене. Не сказать, что один квадрат сильно отличается от всех. Точнее он вообще не отличается. Но в нем имеется маленькая дырка. Плитку, судя по всему, не поставили ровно на место.

Опускаюсь на коленки и убираю плитку в сторону. И нет, тут не трубы прячутся. Куча оружия и коробка. Не мешкая достаю ее и открываю крышку.

Два телефона, паспорт, какие-то неведомые мне штучки и фотоальбом. Открываю паспорт и замираю, осознавая, что на меня смотрит лицо Федора. Он здесь значительно моложе и… чего?! Вчитываюсь в фамилию дважды. Да быть такого не может. Неповторимый Федор Михайлович тысяча девятьсот семьдесят первого года рождения. Неповторимый?! Серьезно?!

– Чудны дела твои, Господи. Хотя не Е. Банько это говорить."

"Еще несколько секунд я пялюсь в паспорт, пытаясь осознать, что мне это не почудилось. И, блин, это реальность. Теперь кличка «Экс» уже не кажется странной, все логично.

И ведь не поспоришь. Федор и вправду эксклюзив.

– Неповторимая Елизавета Евгеньевна, – сама не понимаю, как начала улыбаться. – Ну шикарно же.

Убираю паспорт в коробку и беру фотоальбом. Бог ты мой, Федор умеет улыбаться. И как ему идет белая рубашка. Прелесть. А глаза… ох, какие они красивые. Пролистав несколько фотографий, заметила с ним одну и ту же девушку. Стало как-то неприятно.

Пролистав половину альбома, до меня вдруг доходит. Федору идут не только белая рубашка, но и форма. Это что еще такое?! Когда дохожу до фотографии, где крупным планом улыбающийся Неповторимый держит в одной руке рюмку, а в другой… погоны, я впадаю в состояние ступора.

– Две полоски и одна звезда. Это что у нас за звание? Наверняка что-то маленькое, раз звезда всего одна.

Когда до меня доходит, что я сейчас вижу, я банально давлюсь слюной. Да так сильно, что захожусь в кашле. В какой-то момент чувствую, как мне стучат по спине. Кашлять я прекращаю не от того, что эти удары мне помогли, а банально от страха. Быть замеченной за просмотром чужих вещей, в мои планы не входило.

– Любопытной Варваре, что оторвали? – нехотя поворачиваюсь к склонившемуся надо мной Федору. О Боги, спасибо, что он надел штаны.

– П…ппп…письку?

– Кто о чем, а Лиза о наболевшем.

– Я имела в виду, спасибо, что прикрыл… пипиську. Ты кто такой? – указываю взглядом на фотографию.

– А ты как думаешь?

– Понятия не имею. Одна звезда – это… что-то маленькое. Младший сержант?

– Выше.

– Сержант?

– Выше.

– Старший сержант?

– Выше, – улыбаясь произносит Неповторимый, усаживаясь на пол.

– Прапорщик?

– Выше.