— Доктор, словно догадываясь о важности этой информации, сочувственно качает головой. — Я ведь уже предоставлял сведения вашим ребятам. И друг ваш приходил, переспрашивал. С тех пор ничего не изменилось. Счета оплачены от имени некого Заболотского.

— Могла ли закрасться ошибка? Или это подкуп? — с надеждой спрашивает Глеб.

— Исключено. Нас уже так намуштровали проверками, что документы проверяются по нескольку раз. А уж допустить взятку… Я вас умоляю, — фыркает старик. — Центр столицы. Им во всей стране некогда порядки наводить, вот они на нас и отыгрываются.

— Разве вы сюда не из-за денег приехали? — без обиняков спрашивает Глеб.

Старик по-доброму усмехается и осторожно похлопывает его по плечу.

— Как ваша голова, Глебушка? Не беспокоит?

«Глебушка»?

Насколько я успела заметить, с такими уменьшительно-ласкательными именами Олег Викторович обращается только к своим пациентам. Или бывшим пациентам.

— Так вы и Глеба лечили? — решаюсь озвучить догадку, пока мой мужчина продолжает молча хмуриться.

— Было дело. Несколько лет назад. Мне этот мальчишка запомнился. Тогда почти на полгода загремел ко мне в больницу с пробитой головой. Да и на моего сына похож был. Я того не уберег, потому приложил все усилия, чтобы хоть этого спасти, — грустно улыбается старик. — Я же и не собирался никаких данных разглашать. Да только этот обормот, — кивает на Витька, — оговорился, что спрашивает от имени Глеба Золотова. Потому я и приехал. Хотел посмотреть, как поживает тот мальчишка. Рад за вас. Берегите друг друга.

— Спасибо вам, — словно через силу выдавливает Глеб, и я вижу, как тухнет просвет надежды, родившийся в его взгляде во время разговора с доктором.

И тут я его понимаю. Непохоже, чтобы Олег Викторович врал. Да и не такой он человек.

Тогда вопрос… Кто такой этот Заболотский и какого черта ему от меня нужно? Очевидно, Глеб знает, о ком идет речь. В том-то и проблема…

Однако я не теряю надежды! Если я правильно поняла бормотание Вити, Глеб потребовал на ковер еще и информатора, что прислал «разоблачающее» меня сообщение. Посмотрим, что он за фрукт.

Проводив доктора, Глеб будто сквозь землю провалился. Хотя я точно слышала, как хлопнула входная дверь, пока завтракала в кухне бульончиком, чтобы не пить горсть витаминов на голодный желудок.

Наверно, оно пока и к лучшему. Активных подвижек в моем расследовании нет, а значит, и говорить нам с Глебом — в положительном ключе — пока не о чем. Я терпеливая. Уж что-что, а выдержки мне не занимать. В конце концов, я почти целый год готовилась к первой встрече с Глебом. Подожду еще немного, пока все вскроется.

Вывесив белье, иду в гостиную, чтобы оценить масштабы учиненного мной вчера беспорядка. Выхожу в центр зала и пытаюсь разглядеть в потолке дыру от пули.