— А вы что вскочили?

— Тоже выспалась, — Настасья опустила на плечи девушки одеяло.

— Разве можно почти голой выскакивать? Чай, не лето, еще застудишься, — с укоризной проговорила женщина. — Тебе, милая, теперь не о себе надо думать, а о ребенке. Его жизнь и здоровье полностью от твоего благоразумия и настроения зависит. Давай-ка, пошли в дом, чайку горяченького попьем.

День прошел, как обычно — переделали нехитрые домашние дела, покопались в огороде. У Тани на языке вертелись тысячи вопросов об оборотнях, но она сдерживалась.

А тетка Наста тараторила безумолку, показывая и рассказывая огородные хитрости, поучая и направляя.

— Куры у вас сами по себе бродят, — вспомнив ласку, спросила Таня. — Не боитесь, что лиса утащит? Или волк?

— Да я их только днем пускаю, пока огорода нет, потом в загородке сидеть будут, — объяснила Настасья. — А у лис еще кутята не родились, им пока и лесной живности на прокорм хватает. Волк же за курицей в деревню не полезет и ему сильно оголодать надо, чтобы к человеку пойти. Осторожный зверь и умный. Сейчас не зима, еды бегает — только не ленись ловить.

— Теть Наста, — решила задать еще один мучивший ее вопрос Таня. — С чего вы взяли, что если кошки и собаки меня боятся, то во мне волчья кровь? Я читала, что это значит — я плохой человек. Животные чувствуют и избегают.

— Да нет же! — всплеснула руками старушка. — В книжках не только правду пишут, но и выдумок полно. Животные на самом деле чувствуют хорошего человека и ластятся к такому. А от того, у кого душа черная, не убегают, а рычат на него, нападают, царапают — стараются отпугнуть или прогнать. Человека же с каплей волчьей крови просто избегают, боятся, стараются спрятаться и на глаза не попадаться. Разницу понимаешь?

— Поняла, — согласилась Татьяна. — Не думала, что столько нюансов.

— А то! Вы, молодые, думаете, жизнь непредсказуемая, а оно все причину имеет. И любой поступок — имеет свое последствие. Нельзя жить, как хочется, не оглядываясь на других, иначе однажды тебя догонит отдача от всех поступков и так приложит, что не отдышишься. Особенно, если плохого сделал больше, чем хорошего. Ну, это я уже в сторону свернула, — Настасья добродушно улыбнулась. — Смолоду привыкла с людьми быть, а тут все одна и одна. Поговорить не с кем, вот, дорвалась до тебя и тараторю. Утомила уже?

— Нет, что вы! Мне очень интересно!

— Ну и ладно, а то сама болтаю, да переживаю, что ты скоро от меня на стенку полезешь. Я, Галя, вот что еще думаю — тебе на учет надо встать. Нельзя беременной без присмотра врача, а у нас поликлиника, где женский кабинет, только в Никишино. Вот на выходные приедет Марья, подумаем, как лучше обустроить, чтобы тебе меньше волокиты было. Я так понимаю, документов у тебя нет?

— Есть, — вздохнула Таня.