Нил проводил его взглядом, а затем поковылял вдоль стены, опираясь о нее рукой. Черт его знает, где тут выход; в первую очередь надо уйти с танцпола, а там, наверху, он куда-нибудь выползет. Инстинкт выживания подсказывал ему, что надо поскорее убраться из клуба, пока сознание окончательно его не покинуло.

Наконец между танцующими мелькнул просвет. Нил направился туда, но далеко не ушел: навстречу ему шагнул Ники. Хэммик взял его за плечи и пихнул обратно в толпу, не обращая внимания на яростное сопротивление. Второй поцелуй оказался на вкус еще гаже; у Нила онемел не только рот, но и все тело.

Вечер разбился вдребезги, превратившись в осколки света и цвета.

Глава восьмая

Проснувшись, Нил не узнал ни постели, ни комнаты. Он нередко испытывал это ощущение дезориентации из-за постоянных переездов, поэтому в первый миг не встревожился. Тяжесть чьих-то рук, сжимавших его тело, он тоже смутно помнил из прошлого, и все же что-то было не так, и затуманенное сознание никак не могло понять, что именно. Нил заморгал от пульсирующей головной боли. Да что же с ним такое, почему он чувствует себя живым трупом?

Нил попытался пошевелиться, но у него резко скрутило спину, и он снова замер.

В ответ на движение чужая рука обняла его крепче.

– Мам? – позвал он, и прозвучало это сдавленно и невнятно.

Однако лежавший рядом его все-таки услышал.

– Не совсем, – раздался слегка насмешливый ответ.

Нил определенно знал этот голос. В голове словно по щелчку всплыли события вчерашнего вечера: пляска лазерных лучей, музыка, толпа на танцполе и голос Эндрю над ухом. Нил дернулся, пытаясь вскочить, но из-за боли в спине опять скрючился на простынях. Ухватив Нила за волосы, Ники свесил его голову с кровати.

Нил едва успел заметить стоявшее рядом мусорное ведро – и в следующую секунду его туда стошнило. Ники бормотал что-то ободряющее, но Нил его не слышал.

Отдышавшись, он перекатился на другой бок и толкнул Ники. Спихнуть его с кровати у измученного и ослабевшего Нила не получилось, но тяжелые ботинки, которые он так и не снял с вечера, наверняка могли оставить на руках и груди Ники знатные синяки.

– Эй, тихо ты, тихо! – воскликнул Хэммик, уворачиваясь от пинков. – Блин, больно же! Может, уймешься уже? Все нормально.

– Не смей, блядь, ко мне прикасаться, – в бешенстве прошипел Нил.

Ники отодвинулся и сел на краю кровати. Нил попытался встать, опираясь на изголовье и прикроватную тумбочку. Действие отняло у него столько сил, что, когда он наконец поднялся, ему пришлось какое-то время восстанавливать дыхание.

– Он проснулся? – спросил кто-то из-за двери.

Нил схватил с тумбочки будильник и швырнул его в вошедшего, который вовремя успел увернуться. Будильник с грохотом разбился о косяк. Переждав атаку, Аарон выглянул в дверной проем.