Дор был серьезным крепким мужчиной, его лицо было обезображено шрамом, но он все равно был привлекательным для оборотниц. Обычно безэмоциональный и сдержанный он кивнул мне головой, поприветствовав. Я мысленно спрашивала его о том, что происходит. Но тот лишь… отвел взгляд.

Как и другие люди из сопровождения герцога.

Я посмотрела на Раймонда с хрупкой, изящной девушкой в объятиях и испытала такую боль, что не передать словами.

Как в замедленной съёмке я видела, как та привстает на носочки дорогих туфелек и тянет губы к моему мужчине. А он… дарит ей тягучий полный страсти поцелуй.

Это убило, практически уничтожило меня. Я не могла поверить в это. Стояла и купалась в вулкане нестерпимой душевной агонии. Время остановилось, замерло для меня. Мне стало жарко и одновременно холодно. Сердце бухало в груди, пульс зашкаливал, я хотела развидеть все то, что предстало перед глазами.

За что он так со мной, с нами?

Как так получилось?

Кто она?

— Пойдем Вика, — Гарольд коснулся моего плеча и настойчиво потянул в сторону. Я не могла сопротивляться, силы покинули меня. Все, что я могла видеть отсутствующим взглядом вокруг это то, как обитатели замка смотрели на меня: со смесью тревоги и жалости.

Все они поняли, знали, что происходит. Но не я.

Уже в холле я услышала слова, которые прошили мою грудь металлическим прутом.

— Герцог встретил истинную. Пойдем, пойдем. Нечего тут стоять… — меня куда-то тянули, куда-то вели, что-то дали в руки. Я сидела в своей комнате и не могла поверить в свой кошмар.

«Вот так просто? Он встретил истинную, а наши трехлетние отношения сразу же отошли на второй план? Кусок камня в небе решил, что… Она более достойна, чем я?»

Не знаю, сколько просидела в своём кресле, с чашкой, зажатой между холодных пальцев. Я не обращала внимания на гомон вокруг, на крики внизу. На бурные проявления эмоций и поздравления герцога с обретением истинной и благословением Луны.

Я не пришла в себя, даже когда в дверь постучали. Только когда теплая ладонь коснулась моего плеча, я смогла оторваться от бледного ободка пустой фарфоровой чашки.

Отсутствующим взглядом посмотрела на Гретту, экономку в особняке. Та печально улыбнулась мне. Она все понимала: мое состояние и неопределенное положение.

— Пойдем, милая. Я приготовила тебе другую комнату, — женщина вытащила из моих непослушных пальцев тонкий фарфор и убрала на стоящий рядом столик.

— Другую? — глупо повторила я, невероятное отупение напало на меня после тонны слез, что я выплакала. — Но это моя… — я обвела взглядом уютную и просторную спальню, оформленную по собственным эскизам, и наткнулась на дверь, ведущую в соседнюю комнату. Комнату Раймонда.