Встреча с Мариной напомнила мне, что сейчас он нуждается в любви и участии.

— Привет, — я тянусь через консоль, чтобы запечатлеть поцелуй на его щеке. Обычно Антон всегда делает это первым. — Как дела?

— Нормально. Как посидели?

— Хорошо, как и обычно. Кстати! — это слово я восклицаю с преувеличенным энтузиазмом в попытке его им заразить. — Марина предложила вместе полететь в Испанию.

— Здорово, — немного рассеянно произносит Антон после заминки. — Мадрид? Барса?

— Мы еще не решили… Вернее, я еще даже не согласилась.

Антон бормочет «угу», и путь мы продолжаем в тишине.

— Заедем на заправку, — он подает голос в квартале от моего дома. — К тебе торопился — не успел залить.

Антон останавливает автомобиль возле колонки и выходит, но через несколько секунд снова открывает дверь. Его лицо выглядит смущенным.

— Тай, я бумажник, оказывается, не взял. Есть наличка?

— Конечно, — выпаливаю я и торопливо лезу в сумку. Не хочу продлять его дискомфорт, хочу показать, что все в порядке. Антон и так всегда и везде за меня платит. — Сколько нужно?

— Дай две.

Антон забирает купюры и удаляется, оставив меня разглядывать раздвижные двери заправки. Тревога во мне растет. Антон всегда оплачивает покупки телефоном. Для чего ему бумажник?

**********

— Ты не против Киллиана Мерфи? — я ставлю на журнальный стол тарелку с порезанными бутербродами и открываю крышку ноутбука. — Мне посоветовали триллер с ним."

"Я не слишком этот жанр — регулярно вздрагиваю от пугающих сцен, усиливаемых музыкальным сопровождением, и после тяжело засыпаю — но триллеры нравятся Антону, а моя сегодняшняя цель — его расслабить и взбодрить.

Он соглашается, после чего я занимаю место рядом с ним и сплетаю наши пальцы. Сейчас этот жест продиктован отнюдь не желанием близости, а намерением продемонстрировать свою поддержку и то, что он может мне доверять.

Антон опускает взгляд, вздыхает, а потом неожиданно сползает вниз и кладет голову мне на колени. Его утяжелившееся дыхание нагревает кожу через хлопок моих домашних штанов, взгляд устремлен в одну точку.

— Расскажи мне, — я осторожно провожу рукой по его волосам. Сочувствие и волнение мучают меня, распирают грудь.

— Я проиграл до хуя денег. Там были и рабочие, на откаты. Если не отыграю — подставлю людей и отца.

Я растерянно моргаю. Проиграл много денег? Подставит людей? И...хочет отыграться? Я понятия не имела, что все настолько плохо.

— Тебе надо остановиться. Это опасно… Ты ведь можешь и не отыграться.

— Хоть ты не читай мне лекций, Тай, — тихо произносит Антон. — Ты не слышишь меня, что ли? Мне надо.

Я впервые чувствую себя настолько беспомощной.