Но я решил, что и тебе здесь понадобятся лишние руки, – довольный собой, произнес мистер Эрлингтон.

– А можно его убрать? – не поворачивая головы, шепнула Кэт. Теперь парень смотрел прямо на нее, будто в него был встроен внутренний радар, засекавший малейшее движение. – Вдруг он опасен или что‑то вроде того?

– Брось, Кэтрин, не выдумывай. Будешь отмечать часы в этой таблице и в конце недели передавать ее инспектору. Полиция может проводить проверки, так что, ты же понимаешь, дело серьезное.

На кого нам еще положиться?

– Вы издеваетесь? – воскликнула Кэт, резко развернувшись к мистеру Эрлингтону. – Мало мне

школьного совета, бала, еще и вот этого держать под надзором? А если он что‑то украдет?

– О, он определенно постарается, – раздался незнакомый голос, и Кэт, вздрогнув, обернулась."

"Рядом стоял тот самый парень. Ее взгляд замер на уже заживающем синяке у него на скуле и маленьком пластыре, пересекавшем рассеченную кожу.

– Увы, не бровь, – улыбнулся парень, и Кэтрин на мгновение опешила, застуканная на том, что кого‑то так явно разглядывает.

– Что? – пробормотала она.

– Не суждено мне ходить с брутальным шрамом, – как ни в чем не бывало ответил он. – Сколько по морде ни бьют, все мимо. Черт!

– Хитклифф, угомонись, – недовольно одернул мистер Эрлингтон. – Твои шуточки тут совершенно неуместны!

«Хитклифф? – опешила Кэтрин. – Да вы точно издеваетесь!» Неужели своим пассажем она потревожила душу одной из сестер Бронте?

Рядом раздался громкий смех. Компания Тейлор снова над чем‑то, а может, кем‑то потешалась. Гарри, ее парень, размахивая руками, что‑то рассказывал о прошедшей тренировке. Тейлор улыбалась одной из своих легендарных улыбок.

Просрали игру? Домашку съела собака? Придурок Стивен Буковски снова попал на твою одежду кетчупом? Один взмах ресниц Тейлор Джонсон – и проблема исчерпана. А если она вам еще

и улыбнется, забудешь и о том, что в аттестате D

с минусом.

– Ладно, Кэт, познакомьтесь пока, определи парню фронт работ, и, думаю, вы справитесь, – напоследок распорядился Эрлингтон и исчез.

«Прекрасно!» – подумала Кэтрин, снова оценивающе посмотрев на этого Хитклиффа. Джинсы черные, продранные на коленях, толстовка с чуть поддернутыми рукавами. На запястьях хорошо не наручники, а какие‑то странные браслеты, на ногах потертые кеды откуда‑то из восьмидесятых.

Темные, почти черные волосы в таком идеальном беспорядке, что уже только за это стоило его возненавидеть. Со своими Кэт каждое утро приходилось воевать.

– Что ж, – выдавила она, – судя по всему, твоя мама поклонница английской классики.

– Неужели это так очевидно? – широко улыбнулся парень.

А улыбка у него слишком яркая и лучистая. Таких улыбок не должно быть у преступников.

– Там подожди, – бросила Кэтрин.