Лейкин вздыхает, без сомнения, закатывая глаза, но Монти воспринимает это как мужчина, посмеиваясь и кивая.

— Понял. — Он достает ключи из кармана и держит их передо мной, опуская их в мою руку, когда я ее протягиваю. — Вы двое, развлекайтесь, а я встречу вас здесь около девяти.

— Еще раз спасибо, Монти, — кричит Лейкин, уходя.

Он оборачивается и улыбается, отвечая. — Без проблем!

Как только он уходит, она сосредотачивает свое внимание на мне, совершенно не удивляя меня этим.

— Что? — невинно спрашиваю я.

Она приподнимает одну бровь. — Тебе обязательно было быть мудаком, или это просто часть твоей личности?

— Я такой, какой есть, детка, — говорю я ей, целуя ее в щеку.

 — А теперь давай посмотрим, как эта красавица ведет себя на воде.

Она закатывает глаза, но когда я вхожу в лодку и поворачиваюсь, чтобы помочь ей, она оставляет свой гнев на причале.

Эта штука едет как мечта. Она не такая большая, как я думал. Я ожидал увидеть яхту, хотя уверен, что у него есть и такая. Но управлять этой штукой, чувствовать, как она скользит по воде, — здесь я в своей стихии.

А наблюдать за тем, как Лейкин загорает у меня на глазах, — просто объедение.

Красивая лодка, красивая девушка.

Она, должно быть, чувствует, что я смотрю на нее, потому что поднимает голову и улыбается, когда ее взгляд встречается с моим. Встав, она подходит и становится позади меня, обнимая меня за плечи.

— Ты выглядишь счастливым, — говорит она.

Я поворачиваю голову, чтобы оглянуться назад. — Как я могу не быть с тобой, полуголой и великолепной?

Она смеется. — Я имела в виду управление лодкой.

— О, — я преуменьшаю свое волнение. — Все в порядке."

"— Угу. — Она прижимается губами к моей щеке.

 — Итак, ты видишь, что Монти не так уж плох?

— А теперь ты все испортила, — простонал я. — Я наслаждался маленькой фантазией, которая крутилась у меня в голове, а ты только что втянула в нее Толстосума.

— Фантазия, да? Расскажи мне о ней.

Я качаю головой. — Не могу. Теперь ее больше нет. Ты убила ее.

Она усмехается и садится ко мне на колени. — В таком случае, давай я подарю тебе другую.

Держась одной рукой за руль, я обхватываю ее другой. Ее ладонь ложится на мое лицо, и она прижимается своими губами к моим — мягко, но достаточно, чтобы подразнить.

Я хмыкаю, позволяя ей углубить поцелуй и в кои-то веки взять все в свои руки.

Когда становится немного жарко, я сбрасываю газ, пока лодка не останавливается. Моя рука переходит со штурвала на ее талию, скользит по коже, пока я не касаюсь ее груди через верхнюю часть бикини. То, как она выгибается в такт моим прикосновениям, еще сильнее прижимаясь к моей руке, — это чертовски греховно.

— Я никогда не смогу насытиться тобой, — бормочу я, чувствуя, как она улыбается в поцелуе.