– Докладывает легионер Тайлер Джонс!

Фигура в белом нас оглядывает, из-под маски вырывается тихое шипение. Глаз я не вижу, но знаю, что смотрит терранин на нашего зайца, а к Золотому Мальчику обращается, будто про него вспомнив.

– КО МНЕ СЛЕДУЕТ ОБРАЩАТЬСЯ «ПРИНЦЕПС».

Тайлер откашливается – наконец его невозмутимость дает сбой.

– Принцепс, я не пытаюсь вас учить вашей работе, но если эти Несломленные свяжутся…

– «БЕЛЛЕРОФОНТ» ПОСЛАЛ ДВЕ ПОЛНЫЕ ЭСКАДРИЛЬИ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, – перебивает пришелец ровным и безжизненным голосом. – СИЛЬДРАТИЙСКИЙ «ПРИЗРАК» БУДЕТ ИСПЕПЕЛЕН.

– Простите мое любопытство, Принцепс, но как вы так быстро до нас добрались? Нас не извещали о терранском корабле в этом секторе.

В его голосе слышна некая тень напора, и я вижу, что Скарлетт едва заметно напряглась, на него глядя. Оперативник поворачивается и смотрит в лицо Тайлеру:

– У ГЛОБАЛЬНОГО РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ВСЮДУ ЕСТЬ ГЛАЗА, ЛЕГИОНЕР ДЖОНС. – Он протягивает руку к нашей беглянке: – АВРОРА, МЫ ПРИШЛИ СОПРОВОДИТЬ ТЕБЯ ДОМОЙ.

– Не заставляйте меня уходить! – молит она.

Потом смотрит на Тайлера, Золотого Мальчика, бесстрашного нашего предводителя.

В глазах ее слезы, на губах кровь.

– Тайлер, прошу тебя! – шепчет она. – Не отдавай меня им.

Тайлер глядит на солдат АОТ, на пустые лица ГРУ.

Пусть он легионер, но под всем этим он все равно терранин – я это вижу в его глазах. Все эти годы военного обучения, все эти «так точно, сэр», «никак нет, сэр», «позвольте еще один, сэр», – лучшим Альфой Академии не станешь, раскачивая лодку. В Золотые Мальчики не выбьешься, не выполняя приказов.

– Ты должна уйти с ними, Аври, – говорит он.

Кэл выступает вперед, рука лежит на рукояти пистолета, взгляд прожигает Принцепса насквозь.

– Эта станция под управлением Сильдры, терранин. У тебя нет полномо…

Солдаты АОТ поднимают оружие – и два десятка прицельных лазеров подсвечивают Кэла, словно в День Федерации.

– Приведите в чувство своего бойца, легионер Джонс, – требует Принцепс.

– Легионер Гилврэт, – тихо говорит Тайлер. – Отставить.

– Кии'не дой алла'иавеш иши, – произносит сильдратиец, и едва заметная злость пробивается сквозь его ледяной панцирь.

Кэл закипает от ярости, но при всей сильдратийской надменности нацеленные прямо в его симпатичную морду стволы заставляют его задуматься. Он отступает.

Аври смотрит на всех, на глазах ее слезы, но ясно, что никто больше не осмелится выступить против. Я – ни в коем случае. Бетрасканцы мыслят категориями переговоров. Сделок. А при таком скверном раскладе единственный разумный ход – уйти. Мои товарищи по Легиону, видимо, согласны следовать примеру Тайлера, а он не выступает за спасение Авроры.