Он знал только, что в любую минуту может прийти Сёльве.

Для него это было самое ужасное! Распрямиться он по-прежнему не мог. Вся тяжесть его тела приходилась на локти, ладони и колени. Он полз вперед, задрав задницу. Но он двигался!

Через бесконечно долгое время он добрался до входной двери. Она была закрыта, и он понимал, что ему не удастся дотянуться до ручки.

Ни на что не надеясь, он в отчаянии бросился всем телом на дверь. Это движение обожгло его резкой болью, но откуда-то у Хейке появились такие сила и воля, что его не могли остановить никакие препятствия.

Дверь дрогнула, но не поддалась. Елена ведь подвязала ее снаружи, хотя и не очень крепко. Главной проблемой была дверная щеколда.

Хейке лег на бок и задумался, глядя на ручку. Из-за непрекращающейся боли по его щекам текли слезы, но он не обращал на них внимание, он не видел ничего, кроме дверной ручки, находившейся на недосягаемой высоте.

Но так ли это? У тех, кто желает добиться чего-либо всем сердцем, всегда пробуждается изобретательность. Хотя он провел всю жизнь в клетке, Хейке был отнюдь не глуп и наблюдателен.

Он с трудом повернул голову, разглядывая комнату. Вон там, недалеко от себя, он увидел ненавистную вещь: трость Сёльве с острым наконечником, которой он часто мучил Хейке!

Вот что ему сейчас нужно.

Он дотянулся до трости, разрубил ей воздух, как бы сражаясь с невидимым врагом, и почувствовал сильное облегчение.

Затем снова подполз к двери, улегся на спину с неловко поджатыми к телу ногами, и нажал тростью на ручку. Это ему не очень помогло, ведь ручка возвращалась на место, как только он пытался открыть дверь. Снаружи ее по-прежнему держала веревка.

Ему придется сделать оба движения одновременно. Нажать на ручку и опрокинуть тело на дверь, разрывая то, что держало ее с той стороны.

Это стоило ему новых долгих страданий. Но вдруг ему удалось сделать все как надо. Дверь распахнулась, и он вывалился на каменное крыльцо.

Он на свободе! Он попал в бесконечный мир, который до сих пор видел только мельком, запахи которого он ощущал всегда в ходе поездок, но очутиться в котором на свободе он даже не мечтал.

Но он беззащитен, это понимал даже Хейке. Если появится Сёльве, он увидит мальчика издалека. У Хейке хватило присутствия духа, чтобы закрыть дверь — так Сёльве не заметит его побега, пока не войдет в дом… Он подумал и о внутренней двери, как только пробрался сквозь нее. Он закрыл ее, потому что знал по собственному горькому опыту, что Сёльве мог потрудиться зайти к нему только через несколько часов после возвращения. На этом он тоже выиграет время.

Хейке сделал самое разумное, что мог придумать.