Судя по всему, деда кто-то укусил, он смог-таки отбиться, вернулся в дом, забился в угол, пытаясь перевязать свои раны – вон, лужа крови, в которой лежат бинты, ватные диски, какие-то бутылки…

Но, скорее всего, это деду не помогло – помер он прямо там. А затем обратился, но так как ничего поблизости не происходило, и никто не появлялся – так и сидел, ждал, впав в характерную для зомбаков спячку.

Пока рассматривал и ужасался от вида неожиданного компаньона, он вдруг прекратил свои вздохи и пошел на меня, подняв руки.

То ли я не ожидал от него подобной прыти, то ли сам впал в оцепенение от испуга, но как бы то ни было, а чуть не пропустил его атаку.

Мертвец попытался вцепиться в меня своими скрюченными ручищами, но я шагнул в сторону, отвел его руки и толкнул вперед. Мертвый дед проскочил мимо меня, наткнулся на стол, тут же загремев посудой, как показалось, это было на весь поселок, а затем растерянно замер, потеряв меня из виду.

Я попытался ударить его ножом в голову, но лезвие, как и следовало ожидать, череп не пробило, лишь чиркнуло, разрезая кожу.

Мертвяк тут же попытался повернуться, но я не позволил и толкнул его, от чего дед не удержал равновесие и упал на пол.

Я же принялся остервенело охаживать деда ногами, пока до меня не дошло, что забить его до смерти уже не получится – он и так мертв.

Ну, на хрен такие приключения!

Я развернулся, чтобы убраться отсюда подальше, и из кухни, и из дома. Другой лучше поищу. Авось тише будет, и без «жильцов».

Обернулся и обомлел. Да что же это такое? Они что, специально ждали, пока я в дом войду, или же с улицы приперлись на шум?

На пороге стояла дородная тетка лет пятидесяти в домашнем халате и в фартуке. В принципе, по сравнению с дедом она выглядела еще вполне ничего, если бы не страшная рана на шее – покусали тетку так сильно, что она даже удерживать ровно собственную голову не могла, и та просто лежала у нее на плече. Горло ей, бедолаге, считай, полностью перегрызли. От шеи как таковой ничего и не осталось толком.

Выглядело это, мягко говоря, жутко...

Я растерялся от ее появления, а разглядывание ее ран привело к тому, что потерял то самое мгновение, в течение которого должен был что-то сделать, предпринять. Как вариант, всадить нож тетке в глаз, молясь, чтобы длины лезвия хватило, и оно бы достало до ее гнилого мозга.

Тетка же, словно бы специально позволившая разглядывать себя и свои раны, двинулась вперед. Оттолкнуть ее или повалить на пол, как мертвого деда, не получилось – пошла она на меня не так прытко, и придать ей инерцию в нужную мне сторону не удалось, ну и весила она, наверное, целый центнер. Попробуй такую сдвинь, или тем более с ног сбей....

Все, что я мог, так это отводить ее руки, не позволяя схватить меня.