Во время каждой схватки я напрягала все свои силы, стараясь родить, но результата почти не было. Я потеряла счет времени. Ребенок стоял внутри меня, я чувствовала давление, но он не мог продвинуться дальше.

– Плечи застряли, – объяснила акушерка.

Несколько часов прошли в колоссальном труде, которому я отдала все свои силы. С моим пульсом происходило что-то невероятное, перед глазами темнело, нерв в спине болел, словно мне в кожу вживили раскаленный провод. Все мое тело работало на пределе возможностей, а их было немного. Я чувствовала, что повисла на волоске. Либо я сейчас напрягаю все свои силы и рожаю, либо я просто умру.

Ребенок все не выходил. Прошло пять часов бесконечных попыток. У меня почти не осталось сил, я уже ни во что не верила и начала мысленно прощаться с жизнью. Я уже не реагировала на боль, тужиться изо всех сил тоже не получалось.

– Маша! – Белый как молоко Арис начал приводить меня в чувство. – Девочка моя, только не умирай! Маша!

Я уплывала куда-то вдаль, отключалась, теряя связь с реальностью. И снова схватка…

Его крик придал мне силы. Сама не знаю, как это сработало, но, взяв его за руку, я собрала остатки сил и, наплевав на все, начала тужиться как никогда в жизни. Либо я сделаю это, либо меня ждет смерть. Не выдержав, я закричала. Мое тело рвалось, словно кусок ткани. Разрывающая боль между ног смешалась с огромным облегчением. Ощущение было такое, словно из меня вышел грузовик. Раздался пронзительный детский плач.

– Мальчик, мой господин, – сообщила акушерка, ее голос расплывался, звучал невнятно.

Я думала, все закончилось, но вновь ощутила схватку. Казалось, это конец и я больше не выдержу. Но нет, я напряглась лишь чуть-чуть, и второй ребенок легко выскользнул из меня, почти не причинив боли.

– Девочка, мой господин, – услышала я голос акушерки.

Арис завладел моей рукой и начал покрывать ее поцелуями. На его лице было написано столько эмоций, что их не передать словами. Он был безмерно счастлив и благодарен. В последний миг перед тем, как я отключилась, мне показалось, что в его глазах стоят слезы.

– Доченька, – абсолютно внезапно перед глазами материализовалась мама и крепко обняла меня. – Наконец-то ты тоже стала мамой!

– Что происходит? – растерянно спросила я. – Где мы? Где Арис и наши дети?

– В мире живых, конечно, – пожала плечами она.

– А я? – Чувствую, что подступает что-то очень нехорошее, но не знаю, как на это реагировать.

– Ты где-то… – Она сделала неопределенный жест рукой. – Где-то между.

– Не понимаю, я ведь родила, – помотала головой. – Почему я не в мире живых?

– Родить ты родила, моя радость, но твое слабое сердце не выдержало таких перегрузок, – грустно улыбнулась она, заправив прядь мне за ухо.