Даже такой моральный урод, как Басаев, не допускает, чтобы его женщину трогал кто-то другой. А мой гребаный актёр погорелого театра свалил свои проблемы на жену и сидит себе тихонько в подвальчике, ждёт, пока эта дура отработает его долг. Отлично, блядь. Замечательно.

– Я готова. Что там дальше?

Элла резко поднялась, оттопырив зад, встала в позу и приложила палец к губам, придирчиво меня разглядывая.

– Первым делом эпиляция. Везде! – ткнула в меня указательным пальцем. – Потом причёска. Потом оденемся. Ну и всё. Избавлюсь от тебя, наконец.

Я радостно улыбнулась.

Ну, насколько возможно радоваться в моей ситуации. Перспектива больше никогда не увидеть Эллочку меня необычайно осчастливила. Ещё бы от её любовничка избавиться…

Радовалась я рано. Если бы знала, какой это ад – глубокая эпиляция зоны бикини, предпочла бы быть отданной на съедение обезьяне Вахе. Впрочем, и это не самое страшное… Мне едва не обрезали волосы. Мои прекрасные, длинные локоны, которые я не стригла с детства. Недоделанный стилист уже занёс свои ножницы, когда я сообразила, в чём дело, и ловко соскользнула с кресла. Ну а потом, немного придя в себя, обрушила на его бестолковую голову столько матерных слов, сколько он, должно быть, не слышал за всю свою голубую жизнь.

В итоге он сдался и под чутким руководством Эллочки, неожиданно вставшей на мою сторону, лишь немного подровнял кончики и сделал пару питательных масок.

Сбежать пока не получалось. За нами неотрывно следил Ваха, то и дело мерзко мне ухмыляясь. И чем красивее становилась я, тем похабнее становилась его ухмылка.

Время близилось к вечеру и вскоре, закончив приготовления, мы выдвинулись в путь.

До недавнего времени я не бывала нигде, кроме ресторана, в котором работала и который, соответственно, не могла воспринимать как зону отдыха.

Ну и дома, разумеется, где постоянно горы немытой посуды, глажка, стирка, уборка. Мой выход в свет ограничивался походом в магазин: за яйцами, молоком, да хлебом с картошкой. На зарплату официантки особо не разгуляешься.

Сейчас я будто в параллельную реальность угодила. Высокое здание, мерцающее разноцветными огнями, манило к себе, окунуться в мир богатства и вечного кутежа. Я приоткрыла рот, увидев ряд дорогущих блестящих иномарок, ожидающих парковщиков.

Хозяева этих тачек пафосно тащили свои далеко не тощие задницы внутрь, под ручку с надувными кралями, вроде Эллы. Так и знала, что надо было первую зарплату потратить на губы. А там, глядишь, и на сиськи пятого размера заработала бы. Ну, эти ведь как-то зарабатывают. Хотя, чего это я… Известно же, каким путём. А я вот даже на это не способна. Не могу я, блин, без любви. Дура.

– Ну? Чего застыла? Иди вперёд, – подтолкнула меня в спину Элла, и я, наконец, очнулась.