Руслан страстно поцеловал меня в губы при родителях, ни капли не смущаясь.

Вся красная я протиснулась к спальне, чтобы взять куртку и купальник.

Кроме внезапного самого себя отец привез мне в подарок на свадьбу еще и паршивые рабочие новости. Наш лучший руководитель собрался на покой. Я был рад за него, конечно, и не собирался отговаривать. Но для меня это значило, что в ближайшие дни я буду работать как сволочь. Так и вышло.

Пока мама и Мили развлекались девчачьими делами, мы с отцом обсуждали кандидатуру на освободившуюся должность. Было решено провести несколько собеседований и потом снова обсудить назначение.

Кроме того, я оперативно вникал в сделки и согласования.

Поздно вечером мы улетели в Казань все вчетвером. Мили пребывала в легком шоке от всего происходящего. Я старался поддержать ее, но мне и в самолете пришлось работать. Моя мама - золотой человек. Она опекала Милану, помогая ей освоиться.

Мы решили остановиться у родителей. Вернее, не мы решили, а мама еще в самолете уговорила Милану. Я принял это. Не лучший вариант для молодоженов. Можно было поселиться в гостинице или снять апартаменты, но тогда Мили бы просто скучала сутками одна.

Работы у меня навалилось немало. Я понимал, что буду торчать в офисе сутками.

Пришлось оставить молодую жену на попечении мамы.

Дома, разумеется, всплыли все причины, по которым Гоняев принял решение отказаться от должности так внезапно. Мое удаленное управление обнажило все недостатки. Я действительно торчал в офисе всю неделю. Лишь пару раз возвращался ночевать домой, чтобы лечь рядом со спящей Миланой, предварительно подрочив.

Отец участвовал, но основная работа, конечно, лежала на мне. Артур помогал мне принять лишь окончательное решение.

В такие авральные моменты я часто думал вернуться обратно в Казань, чтобы работать в компании постоянно: ходить в офис, пугать сотрудников, держать руку на пульсе.

Но почти сразу я отказывался от этого варианта. Мне нравилось жить в Москве, летать и играть в поло. К черту офис. Лучще удаленно поработать и снова быть свободным, как ветер.

В этот раз мне понадобилось меньше двух недель, чтобы решить основные проблемы и вопросы, а остальные делегировать. Конечно, теперь придется чаще контролировать и больше внимания посвящать новым сделкам.

Но пока нефтяная машина Казаевых снова стабилизировалась и поехала.

Отец был со мной в офисе, когда позвонили из Москвы.

- Да, это я, - ответил я, немного напрягаясь из-за незнакомого номера и голоса.

- Младший юрист «Фемиды» вас беспокоит. Оглашение завещания Алексея Агеева назначено на завтра.

- Да, помню, соврал я.

Ни черта я не помнил. Вот был бы номер, если бы профукал.

- Отлично. Тогда ждем вас завтра в полдень. Спасибо.

Он попрощался и повесил трубку.