Это от неё я узнала о живописном Вальдене и маленьком, тихом Нортраме с его бесконечными холмами и зелёными пастбищами. Слушая рассказы Вильмы, я загорелась мечтою когда-нибудь перебраться жить в один из этих заморских краёв. Планировала с Кастеном, но теперь получается, что придётся одной.

— Вот ведь дурень, — подвела итог Вильма, имея в виду моего бывшего жениха-друга. — Это же надо было додуматься — выступать в театре! Ещё хорошо, что тебя этот ультор заметил. А мог бы кто-нибудь из законников предложить-навязать службу в следственном управлении.

— Так всё-таки предложить или навязать? — застёгивая крючки корсажа, спросила я.

Старушка мрачно усмехнулась:

— С твоими талантами у тебя не осталось бы шанса на отказ, душа моя.

Проплыв по комнате белёсым облаком, Вильма опустилась в кресло. Закинула ногу на ногу, поправила свою и без того идеальную причёску-ракушку, подёргала эфемерную серёжку с не менее эфемерным бриллиантом. Обычно тени не имеют чётких очертаний, лишь иногда в размытом сгустке тумана можно различить черты лица умершего. Но Вильме удаётся, уж не знаю как, обретать человеческие формы.

Да, как и остальные тени, она кажется сотканной из марева, но это марево зачастую имело чёткие очертания.

Высокая стройная фигура, красивые благородные черты лица, которое не смогли испортить даже морщины в уголках глаз и у рта. У Вильмы была идеальная осанка и достойная подражания манера держаться. Правда, в иные моменты, словно забывая о том, что жизнь свою она завершила в весьма преклонном возрасте, старушка становилась похожей на подростка. Было в ней что-то беззаботное, сумасбродное. Что-то шальное.

— Кто бы мог подумать… Теперь наша Вейя-Женя — леди Высокого дома.

Раннвей Делагарди-Фармор… — Оставив в покое серёжку, старушка принялась задумчиво потирать подбородок. — А знаешь что? Мне нравится! Ты, девочка, достойна и такого титула, и такого мужчины.

Заплетая волосы в косу, я покосилась на Вильму:

— Титул временный, и никакие мужчины, тем более палачи, мне не нужны.

— Никак не похоронишь прошлое, Женя, — пришла к непонятным для меня выводам Вильма. — А пора. Уже давно пора… То, что тебе не повезло в первом браке, не означает, что всё повторится.

— Во-первых, это не мой брак, и я здесь просто играю роль.

А во-вторых… — Я завязала ленту на кончике косы. — Прошлое я похоронила. Уже давно. Вместе с прошлой собой.

— Ну-ну… — пробормотала она. Придирчиво оглядев меня с ног до головы, хитро сощурилась: — А что эйрэ сказал про новый гардероб? Украшения? Ты, конечно, будешь прекрасна даже в мешке из-под картошки, но женщине твоего статуса нужна красивая одежда.

— Он что-то говорил про портних, — рассеянно ответила я. Мысли уже перетекли к грядущему завтраку. С Эдвиной и… Делагарди.