И уже успел наклониться к жене брата, когда услышал, как сзади один из богов грохочуще прокричал — на него не действует.

О Харальде говорят, уверенно решил Свальд. А следом расслышал поскрипывание снега, пробивавшееся сквозь шорохи и шум за спиной.

Словно кто-то бежал к нему от прибрежных зарослей.

Он торопливо скользнул в сторону от Сванхильд, на ходу выпрямляясь и бросая взгляд в ту сторону, откуда шел звук. Но никого не увидел. Слоистый свет над озером превращал ночь в предрассветные сумерки, белая полоса льда перед заиндевевшим ивняком была как на ладони. Пусто.

Однако после всего того, что Свальд видел, он уже ничему не удивлялся — а вот ожидал чего угодно. Скрипнуло вдруг совсем близко…

И Свальд отпрыгнул в сторону, вслепую махнув мечом. Услышал в ответ звон стали. Снова прыгнул, выписал клинком широкую дугу слева направо, разворачиваясь. Зацепить даже не надеялся, просто взмахнул клинком, чтобы не подпустить к себе того, кого не видел. Заодно уводя его подальше от Сванхильд.

То ли перчатка Тора, надетая на руку, помогла, то ли просто повезло — но на лед вдруг брызнула кровь. Не его, чужая.

Все это произошло так быстро, что Свальд даже не успел сообразить, что происходит. Все было, как в горячке боя — когда не думаешь, а вертишься по наитию, уходя от чужого клинка.

За спиной вдруг низко, басовито свистнуло. Затем шваркнуло с хрустом, и опять свистнуло. Следом грохотнуло уже выше, в скалах над озером…

Но Свальд на шум оборачиваться не стал. А вместо этого широко, от души рубанул еще раз, косясь на кровавый след, пометивший лед. От всей души надеясь, что невидимый враг отвлечется на свист.

Лезвие меча очертило косую дугу — справа налево. Зацепило лед в конце замаха, выбив осколки. Утробно хрустнуло, в трех шагах от него глухо взвыли, на лед щедро и резко брызнуло кровью.

— Лови его теперь, — ровно, гулко сказал кто-то на озере, за его спиной. — Без одной рукавицы он к тебе не вернется, сколько не зови. Но если ты все-таки убил отродье Локи, Тор…

Свальд еще раз рубанул мечом по пустоте рядом с тем местом, откуда на лед выплескивалась кровь. Ощутил под лезвием чужую плоть, услышал, как железо скрежетнуло по костям, как вой прервался коротким выдохом…

И только после этого оглянулся, высматривая брата.

Харальд темной грудой лежал неподалеку. На голове угасали остатки серебряного свечения, рубаха была залита кровью, лед возле его бока тоже побагровел — а очертания спины выглядели странно смятыми. Неужели мертв?

— Даже если так, то теперь ничего не поделаешь, — словно отвечая на его мысль, отозвался рыжеволосый здоровяк, перешагивая через одно из тел, лежавших на льду.

Но смотрел он при этом на Свальда. Да и направлялся, похоже, к нему.