Когда я в последний раз виделся с Ермунгардом, он заявил, что рядом со мной есть человек, замешанный во всем этом.

Харальд на мгновенье смолк, вспомнив дословно то, что сказал родитель — человек, побывавший на дикой охоте, с даром от Тора… мог ли Эрев оказаться тем, кто устраивал это у него под носом, в окрестностях Йорингарда? Или, если в этом замешан не один человек, одним из тех, кто устраивал?

Если бывший воин брата сумел уйти из крепости посреди белого дня, не замеченный никем, то мог, нехотя признал Харальд.

— Еще Ермунгард сказал, что у него может быть дар от колдуна.

Какой — неизвестно. Поскольку у тебя теперь есть эта рукавица — я хотел бы, чтобы дальше, к озеру, ты пошел вместе со мной. Я жду ответа, Свальд. Но учти, если там и впрямь ловушка, как я теперь считаю, то это будет опасно для всех нас.

Свальд снова с силой выдохнул, лицо его окуталось паром.

— А я думаю, брат, что сидеть и ничего не делать для меня теперь еще опасней. Конечно, я пойду. Вот только твоя жена… может, оставишь ее здесь, в этом селении?

— Нет, — тише прежнего сказал Харальд. — Во всем Нартвегре для Сванхильд есть только одно безопасное место — это то, которое рядом со мной.

Ты должен это понимать лучше всех, брат. Ты сам за ней гнался.

— Тогда, может, просто не стоит лезть в ловушку? — проворчал Свальд. — Вернемся в Йорингард. После того, как ты придумал на ночь прятать стражу под драккары, а всех остальных запирать в домах, смертей не было. Доживем до весны, а потом… как я понимаю, германский конунг придет сюда по воле того, кого мы зовем колдуном? То есть это не Готфрид послал какого-то колдуна — а тот пошлет его к нам? Досидим до весны, затем разгромим конунга Готфрида.

И, глядишь, все затихнет.

Харальд ухмыльнулся.

— В ловушку, Свальд, стоит лезть хотя бы для того, чтобы понять замысел врага. Кстати, прятать стражу под драккары, и запирать всех в домах предложила Сванхильд.

— Да? — изумился Свальд. — А по ней и не скажешь.

— Она не из Нартвегра, — напомнил Харальд. — Живет по-другому, думает по-другому. Будь на ее месте Рагнхильд, об этом уже шептался бы весь Йорингард. Пойдем в дом, Свальд. Ты с дороги согреешься, а я обдумаю все. И мы поедим.

Что Харальда порадовало — Сванхильд, послушавшись его, на крыльцо не вышла, оставшись в доме.

Сейчас ее непослушание встало бы ему костью в горле…

Он натолкнулся на нее, уже одетую, в сапогах, с плащом, перекинутым через руку, сразу за дверью. Увидев вошедшего Свальда, жена уронила:

И глаза у нее при этом расширились.

— Доброе, — торопливо пробормотал Свальд.

То ли Сванхильд вспомнила, как родич за ней гнался, то ли просто удивилась, увидев его тут, подумал Харальд. Тут же объявил, посмотрев на воинов, стоявших рядом:

— На дворе рассвело, так что можете выйти.