Представляете состояние Вероники? Она разрыдалась, впала в истерику, в ответ на все вопросы твердила:

– Няня отправилась за чередой, меня попросила посмотреть за братиком. Я вошла, а он лежал под водой.

Потом девочка упала в обморок. И тут в квартиру явилась милиция, которую оповестили врачи, спасавшие младенца.

Игрункова рассказала парням в форме, что Вероника отчаянно ревновала, потому что ее мать совсем забросила дочь. Милиционеры опросили всех членов семьи, в том числе примчавшегося Расторгуева, и ушли.

Андрей Борисович налил себе фужер коньяка, и тут появилась Галина, которая в своей обычной манере завела:

– Мне плохо! Голова болит! Умираю!

Бокал полетел в сторону, спиртное веером осело на стене, Андрей кинулся к гражданской жене, схватил ее за горло, начал трясти и орать:

– Ты ленивая сука! Гадина! Ты во всем виновата!

Ульяна повисла на руке артиста, закричала:

– Нет! Не надо! Если вы ее убьете, попадете в тюрьму!

И в эту минуту раздался звонок из больницы, Расторгуеву сообщили о травме у новорожденного, о переломе основания черепа.

– Похоже, ребенка уронили, – сказал врач.

Андрей Борисович набросился теперь на Нику.

Ульяна ринулась за хозяином. Няня испытывала глубочайшее удивление и одновременно огромную радость. Не все так плохо! Девчонка грохнула младенца об пол, тот все-таки умрет!

Расторгуев устроил Веронике жесткий допрос. Падчерица, захлебываясь слезами, призналась:

– Хотела спасти братика, ведь он лежал под водой. Схватила его и не удержала, а потом быстро положила назад, чтобы он очнулся. Я не топила малыша!

– Почему не рассказала о падении ребенка? – процедил сквозь зубы Андрей Борисович.

Ника отчаянно зарыдала:

– Боялась, что меня накажут.

Я не нарочно, я не хотела, я случайно! Я не собиралась убивать братика, я его нашла под водой, я не вру, я хорошая девочка…

Андрей Борисович отвесил падчерице две сочные оплеухи, быстро вышел в коридор и, пробормотав: «Главное – не убить мерзкую врунью», стал раздавать указания Ульяне:

– Дверь в детскую запереть, сучонку не пускать ни в школу, ни на прогулки. Убрать из комнаты телевизор, книги, игрушки, оставить одни учебники. Кормить хлебом и водой. Сначала я вылечу малыша, а потом решу, как поступить с малолетней преступницей.

У Игрунковой екнуло сердце. Неужели она опять потратила зря столько времени и сил? Няня-то полагала, что новорожденный умрет, и тогда артист, узнав, как поступила Ника, выгонит из дома девчонку вместе с матерью, надоевшей Расторгуеву хуже горькой редьки. Но слов «Пошли вон!» хозяин пока не произнес. Он вспыльчив, но отходчив. А ну как решит, что не стоит гнобить маленькую девочку? Вдруг Ника возьмет и расскажет о своем лунатизме? Тогда всем станет понятно, что она не виновата, сама жертва плохо изученной болезни.