Практически все, так называемые, друзья семьи перестали с нами общаться сразу же, как только Ренат ушел от нас.

Я и сам никого не хотел видеть.

Но сейчас мне нужна была помощь. И просить ее было не у кого.

И я решил идти к Ренату.

Как ни странно, он вполне спокойно выслушал меня и даже пообещал помочь. Сказал, что квартира записана не только на мать, но и на него. Поэтому никто нас из квартиры не выкинет. И пообещал разобраться с хозяином точки.

После этого разговора у меня как будто что-то оттаяло в душе. Захотелось броситься ему на шею. Опять назвать папой. Но у него зазвонил телефон и он сказал, что должен работать.

Я намек понял. Поэтому попрощался и ушел.

Но хотя бы я успокоился, что он поможет нам решить эту проблему.

На следующий день я пошел на занятия. Вернулся домой поздно. Надо было поесть и идти в супермаркет на смену.

Подойдя к квартире, я увидел, что входная дверь открыта. У меня внутри все похолодело. Пальцы стали ледяными.

Войдя внутрь, я услышал голос.

Незнакомый мне женский голос. Это была не мать. Кто-то другой.

- Вас нет в его жизни, - говорила женщина ровным красивым голосом. – Ты когда в последний раз в зеркало смотрела? Он теперь мой муж и отец моего ребенка. Вы ему не нужны. И я не позволю, чтобы проблемы какой-то пьянчужки портили мне жизнь. Еще раз ты или твое отродье побеспокоите нас…

Страшная догадка поразила меня как молния. Я побежал в комнату матери.

Там, среди убогого беспорядка стояла сверкающая богатством и красотой Виола, новая жена отца.

О да. Она была очень красива. Но эта красота веяла холодом. Холодом и злом. Ненавистью.

Она обернулась, услышав мои шаги.

- Ты зачем к Ренату ходил? – тут же спросила она меня, уткнув руки в бока. – Забудь дорогу в мою семью.

- Он мой отец, - глядя на нее исподлобья, процедил я.

- Он выбрал другую семью, - усмехнулась Виола. – Ни ты, ни твоя мать ему не нужны. Сами решайте свои проблемы! И нечего шантажировать моего мужа!

- Убирайся! – прошипел я, сжав кулаки.

- Да, пойду. Тут, - она обвела своим холеным пальчиком комнату, - воняет!

Зло зыркнула на меня и протопала мимо на своих шпильках.

Каждый стук ее каблуков больно отзывался в моей голове. Как будто она вколачивала в мой мозг эти самые каблуки.

Когда хлопнула входная дверь, мать закрыла лицо руками и я услышал всхлипы.

Я уже больше не мог выносить этот звук.

Звук плача был моим спутником все эти годы. Въелся мне под корку.

Я зажал уши руками и выбежал из комнаты. Так и не поев, схватил куртку и побежал в супермаркет.

Домой возвращаться не хотелось. Я еще часа два сидел с мужиками в подсобке и молча слушал их разговоры.

Вернулся домой уже под утро.

В квартире было тихо.

Не знаю, почему, но решил зайти к матери, прежде чем лечь спать.

Мать лежала, отвернувшись к стенке. «Спит», - подумал я.