Дело заняло у нее больше времени, чем она рассчитывала, но теперь ей наконец удалось раздобыть адреса ко всем именам из списка. Анника сохранила документ на дискете и вынула ее из компьютера. Детки-ангелочки кружили вокруг нее, спрашивая, как бы их назвали, во что бы они вместе играли, кем бы они могли стать, когда вырастут. Анника почувствовала, что слезы вновь подступают, и посмотрела на часы. Половина двенадцатого — она может сегодня пойти пообедать домой. Анника чувствовала, что ей необходимо немного побыть дома, в тишине и покое. Только сперва надо отдать дискету Патрику. Она знала, что он хочет получить информацию как можно скорее.

В коридоре ей встретилась Ханна, и Анника увидела в этом возможность избежать пристальных взглядов Патрика.

— Привет, Ханна, — сказала она. — Не можешь забросить эту дискету Патрику? Тут готовый список адресов владельцев собак. Я… я сегодня собираюсь пообедать дома.

— Что с тобой? Ты себя плохо чувствуешь? — озабоченно спросила Ханна, беря дискету.

Анника заставила себя улыбнуться.

— Все нормально, мне просто захотелось поесть чего-нибудь домашнего.

— О'кей, — с задумчивым видом произнесла Ханна. — Я обязательно передам дискету Патрику. Увидимся позже.

— Конечно, — отозвалась Анника и поспешила на улицу. Ангелочки последовали за ней.

Увидев вошедшую Ханну, Патрик оторвался от бумаг.

— Вот дискета от Анники. Владельцы собак. — Ханна протянула дискету, и Патрик положил ее на письменный стол.

— Присаживайся, — пригласил он, указывая на стул по другую сторону. Она села, и Патрик посмотрел на нее испытующе.

— Как впечатления от первого месяца? Тебе у нас нравится? Возможно, начало оказалось несколько суматошным?

Он улыбнулся и получил в ответ слабую улыбку. По правде говоря, новая коллега его немного беспокоила. Она выглядела усталой и измученной. Впрочем, в последние недели это в той или иной степени относилось ко всем, но тут было нечто большее. В ее лице чувствовалась какая-то прозрачность, не просто обычная изможденность. Светлые волосы были, как всегда, зачесаны назад и собраны в хвостик, но не блестели, а кожа под глазами казалась тоненькой и темной.

— Все прекрасно, — весело ответила Ханна, похоже не замечая пытливости его взгляда. — Мне действительно здесь очень нравится, и я люблю, когда полно работы. — Она посмотрела по сторонам, увидела развешанные на стенах документы и фотографии и умолкла. — Тогда вышло довольно неловко. Но ты ведь меня понимаешь.

— Конечно, — сказал Патрик и улыбнулся. — А Мельберг… — он подыскивал слова, — ведет себя прилично?

Ханна засмеялась, ее лицо на мгновение смягчилось, и Патрик узнал в ней женщину, которая появилась у них пять недель назад.