И это притом, что я с утра пораньше выхлебал литра полтора всяческих алхимических стимуляторов из местных загашников, которые и мертвого подымут и плясать заставят! Конечно, мне за то предстоит еще платить, и дорого… но, как говорится: «Семь бед — один ответ!»

А русалка мстительно сосала и сосала меня, используя в качестве энергетического донора и не понимая, что предел моей жизнеспособности давным-давно миновал, что она берет уже не силы, а часы жизни.

И тут появилась парочка, ради которой я и покинул ненадолго крепостные стены. Когда увидел их поближе, аж зубами заскрипел. Слезы злости сами навернулись на глаза, пришлось их незаметно смаргивать.

Я дождался, когда они сгрузят носилки, и перехватил обеих на лестнице. Королева уехала вместе с двором в безопасное место, да?! Если б мог — придушил! Обеих! Наверное, эта мысль столь явно нарисовалась у меня на лице…

Брячеслава испуганно вздрогнула и попятилась. Замурзанная королева Иалона в залихватски заломленной пилотке — наоборот, подбоченилась и выпятила вперед умело скрываемый до того бюст.

— Кормилица, оставь нас ненадолго! Надо поговорить!

Брячеслава, нервно озираясь, пошла к выходу. Там ее тут же припахали тащить втроем на носилках светловолосого гиганта с отрубленной ногой. Кормилица отвлеклась, затягивая жгут и помогая доставить стонущего воина к месту лечения.

Я затащил юную королеву в темный угол и попробовал ругаться:

— Иалона, как ты могла так легкомысленно наплевать на собственную жизнь?! Ты понимаешь или нет: мы тут все умрем?!!

— Если, защищая свою страну, падут стены крепости и ее защитники, то я умру с ними вместе! — решительно заявила она.

— Ты не понимаешь, война — мужское дело! А твое дело — править, украшать приемы, растить от любимого мужчины детей! — У меня от бессильной ярости едва пена изо рта не пошла.

И еще… очень не хотелось подыхать у нее на глазах.

Но я загнал свою тоску подальше и уверенно продолжат:

— Ты не можешь покинуть свой народ в минуту опасности!

— Вот я его и не покидаю! — преспокойно парировала Иалона. Похоже, чем больше я волновался, тем она становилась спокойнее.

— Иалона, не смей! Даже не вздумай! Я не позволю тебе глупо загнуться из-за смешной и нелепой гордости! Ты должна жить, любить, наряжаться и блистать, что бы там ни было! — Я задохнулся от наплыва чувств.

— И это все причины?.. — как-то устало и безэмоционально спросила Иалона. — Это все причины жить для меня дальше?

— НЕТ! Я люблю тебя, слышишь! И ты будешь жить, чего бы это мне ни стоило!

— А как же ты?.. — тихо спросила девушка.

Я опустил глаза.