– Не бойся, я не буду… Просто… просто вот так…

И задвигался, тяжело толкаясь в меня сквозь слои одежды – мощно и неспешно, с каждым движением сотрясая всю меня, вдавливая в мягкую опору… задавая нужный ритм – тот самый ритм, от которого так хорошо и так сладко внутри, и напряжение нарастает, готовое взорваться, накрыть с головой и подмять под себя…

– Fucking… – зашипел Пол мне в шею, внезапно остановившись.

– Пожалуйста, нет… – заскулила я, сжимая его коленями. – я так близко… так близко…

Вдруг съехав по моему телу вниз, он опустился передо мной на колени и задрал юбку на пояс.

– Что? – ничего не видя, тяжело дыша, я смотрела вниз.

Одним движением стянув с меня трусики – насколько позволяли раздвинутые в стороны ноги… – он замер, обдавая бедра горячим, прерывистым дыханием. И вдруг набросился, глубоко вжимаясь мне лицом в промежность…

– Что ты… о боже, о… Пол, что ты…

Меня хватило, наверное, на несколько секунд – прежде чем волна острейшего наслаждения выгнула мое тело и взорвала мозг.

– Сладкая… такая сладкая… – бормотал он, жадно слизывая постогазменную влагу, не останавливаясь даже, когда спазмы прекратись и я осела вниз, бессильно всхлипывая и цепляясь пальцами за его жесткие волосы.

Подхватив меня за подмышки, он резко поднял и усадил на мешки. Впился в губы безудержным поцелуем – со вкусом моих соков на языке… Не прекращая целовать, рванул на брюках ремень, ясно давая понять, что подобные издевательства он больше терпеть не намерен и сделает меня прямо здесь и сейчас…

Но увидеть то, что «у него в штанах» я и на этот раз так и не успела. Потому что в это самое мгновение в дверь затарабанили, сотрясая ее, подпертую лишь тонким древком швабры.

– Кто это там заперся? А ну открывай!

Перестав дергать себя за ремень, Пол резко поднял голову.

– Убью… – тихо прорычал.

И ведь убьет, поверила я. Вот этой же шваброй и убьет.

Пронеслась нелепая мысль, что кто бы там ни был, я должна быть им безмерно благодарна, потому что, если бы не эта своевременная помеха, не видать мне романтичного первого раза с Полом, как своих ушей.

Но уже в следующий момент мне было не до благодарностей.

– Открывай давай… Что за нах… – кулаки вновь сотрясли дверь, грубых голосов прибавилось.

Пол в темноте зажал мне рот рукой. Сердце мое колотилось как бешенное, и казалось еще чуть-чуть и его услышат, и тогда уже нам точно не отсидеться взаперти…

– Может послышалось? Вроде хорошо заперто.

– Да не, точно слышал что-то…

– Да мыыши там наааверное… – донесся из кухни голос Валерии Александровны. Довольно странный голос – низкий и тягучий, точно она была пьяна и вот-вот вырубится.

– Таблетки! – прошептал Пол мне в ухо.