Пару недель назад кто-то решил выставить меня посмешищем перед всем универом. После секции по волейболу, на которую я записалась, чтобы ещё больше расширить круг знакомств, я по обыкновению пошла в душ, выйдя из которого не обнаружила своей спортивной сумки с вещами. Кто-то пересмотрел молодёжные комедии? На мне было только коротенькое полотенце, предназначенное для головы, и шлёпанцы, подаренные Максом.

Чтобы добраться до шкафчика с телефоном и деньгами, мне предстояло пересечь спортзал, в котором уже вовсю шёл тренировочный матч мужской сборной университета.

Конечно, я могла бы дождаться его окончания и отсидеться в душевой, но после этого состязания помещение запирали на ночь, не оставляя мне выбора. Разумеется, моё полуголое дефиле вдоль стенки не осталось незамеченным, и уже на следующий день я стала героиней студенческих новостей, что возымело обратный эффект для моего врага. Судя по приглашениям на свидания, в полку моих воздыхателей прибыло, а девчонки из нашей команды восхищались моей смелостью.

И вот тогда у меня созрел план, призванный поставить на место этого тайного недоброжелателя.

Через пару дней после этого случая я решила сблефовать и на ланче в столовой как бы между прочим заявила, что попросила старину Эндрю проверить камеры наблюдения, чтобы выяснить, кто выходил с моей сумкой из спортзала, и что Брауни (кличка нашего темнокожего ректора Брауна) обещал исключить воришку. Видели бы вы лица шестёрок Виктории! Уже на следующий день она сидела с нами одна. Её подружки оказались настолько пустоголовыми, что сами отправились к ничего не подозревающему Брауни с чистосердечным признанием. Их не исключили, но вынесли предупреждение. Если честно, я подозревала Викторию, а оказалось, что её свита просто хотела выслужиться перед ней. Предполагаю, что она была в шоке от такой подставы. Конечно, подружками мы не стали, и её угрюмый вид в моём присутствии никуда не делся, но холодная война куда лучше реальных боевых действий.

Последний раз я была в «E11even» в вечер знакомства с Максом, поэтому, как только я оказываюсь на танцполе, меня тут же окутывает туман воспоминаний, вызывающих прилив эйфории.

В моей голове начинают мелькать кадры моего нападения, нашей встречи в департаменте, наших перепалок, моей победы в центре борьбы… Последний эпизод порождает во мне мелкую дрожь, расползающуюся по моему телу снизу вверх будоражащей волной предвкушения.

Окружённая цветным дымом, переливающимся под лучами стробоскопа, я чувствую себя защищённой от считывания моих мыслей. Пусть подруги думают, что я кайфую от музыки и танца, а не от безумных мыслишек, который день населяющих мою голову.