Осмотрелся по сторонам на всякий случай, а когда понял, что я один, почувствовал не облегчение, а разочарование.

Сегодня же удалю всё, что написал. Пора на работу.

— Лили, открой! — разбиваю костяшки в кровь, пока долблюсь в её дверь, как обезумевший псих.

— Молодой человек, что вы тут устроили! Я сейчас полицию вызову! — от моего увлекательного занятия меня отрывает тётка в бигудях, стоящая на нижних ступенях лестницы.

— Полиция уже здесь! Не отвлекайте, — рявкаю на неё, наплевав на приличия, и снова колочу в это проклятое дерево, хотя умом понимаю, что вряд ли Лили поехала домой. Она знает, что это первое место, где я бы её искал. В прослушке тишина, но я должен был попробовать.

Безысходно опускаю руку и прислоняюсь спиной к двери. Незнание меня дьявольски пугает. Как на зло, её разряженный телефон с маячком сейчас по ту сторону двери. Я не стал его брать, когда выносил Лили на руках. Было совсем не до него, а теперь я понимаю, как сильно облажался. Как я мог допустить столько промахов за такое короткое время? Первую роковую ошибку совершил, когда не захватил её телефон или хотя бы ту штуку с прикроватной тумбочки, а вторую — когда не успел закрыть запароленные папки. Эта девушка вскружила мне голову настолько, что я забыл обо всех мерах предосторожности, которые за годы службы стали частью моей ДНК. Успел нажать лишь кнопку питания, пока она забиралась на мой стол. Чёрт, чёрт!

— Дома никого нет, — до моего слуха доносится голос докучливой соседки.

— Их дурная собака скачет, как жеребец, когда девушки дома. Поверьте, этот звук копыт, проходящий через мой потолок, я не спутаю ни с чем.

Прислушиваюсь. Действительно тихо. Джилл наверняка в клубе, потому что не берёт трубку, и я только зря теряю драгоценное время. Пока я стою тут, Лили в порыве отчаяния может натворить каких-нибудь глупостей. Думай, Кроу, думай! Куда она могла пойти после того, что узнала? А узнала она наверняка очень много, раз сбежала. К Мелиссе? К отцу? К нему вряд ли. Она думает, что он в очередном отъезде. К Глории? Точно! Глория.

Перепрыгивая через несколько ступеней, набираю сестру.

— Соскучился, братишка? — слишком беззаботный и весёлый голос рушит мою надежду.

— Лили у тебя? — запускаю двигатель и срываюсь с места, сам не зная, куда ехать.

— Нет, а что случилось? — в её голосе тревога.

— Она всё узнала. — Бью ладонью по клаксону несколько раз, чтобы придурок на машине спереди сдвинулся к обочине.

— Господи… И как она?

— Не знаю! В том то и дело, что ни черта я не знаю! — осекаюсь, чтобы не срывать свою злость и отчаяние на Глории. — Куда бы ты пошла на её месте?

— Макс, ей сейчас плохо. Возможно, даже хуже, чем когда умерла её мама. В ней ей хотя бы не пришлось разочаровываться, — ненадолго замолкает.