— Почему, Катюша? Что случилось?

— Ничего не случилось. Просто мы не подходим друг другу. Коля, давай не будем тянуть резину и объяснимся раз и навсегда. Тебе нужна женщина-мать. Может быть, ты сам этого не понимаешь, но я-то не слепая, я это прекрасно вижу. А мне муж-сын не нужен. Я накушалась этого удовольствия по самое горло. Тебе нужно, чтобы я квохтала над тобой, махала крыльями, облизывала, убаюкивала. А мне не нужен муж, над которым нужно квохтать и махать крыльями, понимаешь? Мне надоело. У меня детства нормального не было, я всем была за мать, и братьям, и сестрам, и родителям.

И мне нужен муж-отец, который бы меня баловал, на руках носил и не заставлял ничего делать. А с тобой я опять попаду в ту же кабалу…

— Но, Катюша, я ведь обещал тебе, что быт тебя не заест, — поспешно возразил Саприн. — Я прекрасно могу ухаживать за собой сам, готовлю, стираю, убираю квартиру. Я только хочу, чтобы ты была со мной.

— Не обманывай себя, Коля, — тихо сказала она. — Может быть, ты и вправду не будешь заставлять меня стоять у плиты или у ванны с бельем. Но ты будешь ныть, плакать и страдать и требовать, чтобы я тебя утешала.

А я этого не хочу. Мне это неинтересно.

— Значит, ты твердо решила, что остаешься с Дусиком?

— Что значит — пока?

— Пока не отдохну, не наберусь сил для следующего рывка. Все, Коля, обсуждать больше нечего. Если ты готов ждать еще несколько лет, мы сможем вернуться к этому разговору.

— А что будет через несколько лет? Дусик тебя бросит? — спросил Саприн с неожиданной злобой.

— Ну, положим, бросить меня он может и гораздо раньше, — рассмеялась Катя. — Просто через несколько лет у меня, я надеюсь, пройдет отвращение ко всему, что связано с материнской опекой.

Тогда я с удовольствием выйду за тебя замуж. Но не раньше.

Николай открыл было рот, чтобы сказать какую-то колкость, когда в кухню вернулся Шоринов. Они пили чай в тягостном молчании. Михаил Владимирович, видимо, был озабочен какими-то неприятностями и сидел, погрузившись в хмурую задумчивость. Саприн был совершенно убит произошедшими в Кате переменами и хотел только одного — поскорее уйти отсюда. И только одна Катя, казалось, чувствовала себя спокойно и комфортно.

Арсен начал слегка нервничать из-за того, что операция по вербовке Каменской затормозилась.

Первоначально он планировал провести все быстро и безболезненно, играя на нежелательности огласки ее связей с известным мафиози Денисовым. А потом начались сплошные осложнения. Виктор почему-то до сих пор не мог выяснить, кто же это перешел дорогу Арсену и известил руководство ГУВД о связи Каменской с Денисовым. И это беспокоило старика, пожалуй, больше всего остального. Трудно было придумать обстоятельства, которые помешали бы Вите Тришкану узнать то, что он хочет узнать.