Итак, Николай Саприн, разведен, образование высшее, закончил Высшую школу КГБ, работал в центральном аппарате. Имеет мать и сводную единоутробную сестру Ирину. Первую ненавидит, вторую обожает. Сестра находится в США с мужем, ждет ребенка и испытывает значительные материальные трудности. Мать нагло обманула ее, присвоила московскую квартиру дочери и ее мужа, денег не отдает, живет с молодым мужем, третьим по счету. Муж, похоже, изо всех сил тянет деньги из стареющей супруги. Николай предпринимал попытки заставить мать отдать Ирине деньги за квартиру, но безуспешно.

А Короткову позвонил какой-то участковый и сообщил, что в кооперативном гараже по такому-то адресу в боксе номер 6, хозяином которого является некто Оборин Юрий Анатольевич, стоит машина, которая по инициативе Короткова попала в неофициальный список разыскиваемых автомобилей.

Та самая машина, которая была зарегистрирована на имя Тамары Михайловны Коченовой, стояла перед ее домом, а потом неизвестно куда исчезла, хотя сама Тамара из командировки не возвращалась. Коротков пообещал немедленно заняться этим Обориным, разыскать его и все выяснить.

Но это было вчера поздно вечером, а сегодня к полудню стало понятно, что Оборин пропал.

То есть не совсем пропал, но найти его крайне сложно. Его никто не искал, никто не обеспокоился его отсутствием, потому что, как оказалось, он всех предупредил о своем «уходе в подполье» для работы над очередным разделом диссертации. Правда, где именно он собирается осесть, Оборин никому не сказал, но это было вполне понятно. Какой же смысл обнародовать свое убежище, если хочешь, чтобы тебя никто не нашел и не вызвал на кафедру?

Как и где искать Оборина, было совершенно, непонятно.

Его легко можно было пристегнуть к делу об убийстве Карины Мискарьянц как человека, в квартире которого пряталась Тамара Коченова, но легче от этого никому не становилось. Да, есть все основания объявлять розыск Оборина, а искать-то его кто будет? Коротков с Лесниковым? У них работы выше головы. А больше некому, даже если ориентировки о розыске Оборина будут лежать в каждом отделении милиции. Потому как у милиционеров, работающих в отделениях, тоже забот и хлопот — мало не покажется, а любви и уважения к сыщикам с Петровки давно уж нет.

Дойдя до нужного ей отделения в Южном округе, Настя с огорчением узнала, что Славы Дружинина на месте нет, хотя он и обещал быть в это время у себя. По крайней мере так он сам сказал, когда Настя позвонила ему перед выездом.

— Что поделаешь, — развел руками дежурный по отделению. — Срочный вызов. Вы ж знаете, мы себе не хозяева.

— Это точно, — вздохнула Настя. — Ладно, если Слава появится, передайте ему, что я приезжала. Попробую завтра его поймать.

— Передам обязательно, — пообещал дежурный.