– Виктор Алексеевич, – у машины меня ждёт начбез, – планы меняются?

– Да, Сергей, – называю ему новый адрес, куда мне придётся поехать вместо офиса, потому прямо сейчас мой зам лажает на подписании контракта с немцами.

Поднимаю салонную перегородку, с пульта затемняю стекло, выключаю музыку и раскладываю кресло. Ставлю таймер и устало прикрываю глаза. Спать не буду, минут на десять расслаблюсь, и останутся ещё полчаса в дороге, чтобы поработать с документами по сделке. Психотерапевт не одобрит, но если хочешь что-то сделать хорошо… Представляю её осуждающий взгляд. На последнем сеансе мы почти поругались.

Каждый раз, устраиваясь в мягком кресле у терапевта, спрашиваю себя, что здесь делаю. Я здоров, и у меня нет проблем. В детстве никто не бил и не насиловал, я – тоже никого. В школе не унижали и в университете сразу приняли в братство. Никаких скандалов и перипетий в личной и общественной жизни, просто продолжал и развивал отцовское дело. Стал тем, кем стал. Всё.

Но перед прошлым Новым годом меня жёстко сорвало. Не люблю вспоминать эту историю. Моя служба безопасности ситуацию разрулила, правда, пришлось обещать, что пройду терапию.

Перебрав несколько специалистов, становился на Лидии. Её предшественники с порога закидывали шаблонными вопросами и сыпали шаблонными советами, а она молчала. Предлагала чай, усаживала в кресло и занималась своими делами. Один сеанс, второй, третий. На каком-то из них я даже поспал, чтобы не терять время даром. Стало интересно, на сколько у неё хватит наглости, ведь оплата производилась за каждую встречу.

– Вы собираетесь со мной работать? – я не выдержал первым.

– А вам это нужно? – выглянула из-за открытого ноутбука, в котором что-то бойко набирала.

– Нет, – ответил честно.

– Тогда как вы видите наше сотрудничество? – спросила, в первый раз улыбнувшись. Очень тепло. Сразу вспомнился её принцип “лечить душу душой”, обозначенный в резюме.

– Никак? – решительности, честно говоря, поубавилось.

Лидия вышла из-за стола и села в кресло напротив, сложив кисти в замок.

– Я пообещала, что возьму вас, и не могу отказаться, пока вы сами не решите, что не нуждаетесь в моих услугах.

– Разве не вы должны её выяснить? – бросил раздражённо.

– Нет, – всё так же доброжелательно. Без единого объяснения.

– Что ж… – включил иронию на максимум, – благодарю за работу. Всего хорошего. У вас отлично спалось.

Поднялся и вышел из кабинета, хлопнув дверью. А через неделю вернулся в своё время – на кресле ждали подушка и плед. Тогда же признался, что испытываю сложности с доверием. И с контролем. И с желанием всё за всех переделать.