Он видел это имя в Интернете, и разгадка была прямо перед ним, на дверце холодильника, в заголовке чертова письма! И Серена сама сказала за ужином, как зовут директора фонда! Все было ясно как день, и Колин не понимал, почему ему понадобилось столько времени, чтобы соотнести все факты. Если что-нибудь случится с Сереной из-за его глупости…

Краем уха он слышал, как Мария обратилась по телефону к Стиву… она просила узнать, когда Серена ушла из общежития… потом она крикнула, что сестра запоздала и вышла без двадцати семь…

– Который час? – спросил Колин.

Он так гнал, что даже на секунду не мог отвести взгляд от дороги.

– Двенадцать минут восьмого.

«Может быть, Серена еще не приехала. Или она уже там…»

Колин стиснул зубы так, что жилка на шее начала пульсировать. Если что-нибудь с ней случилось…

…то он достанет доктора Мэннинга из-под земли. Этот человек заслуживал смерти…

Колин больше ни о чем не мог думать. Он испытывал дикое, неконтролируемое желание убивать…

Словно подчиняясь его мыслям, стрелка спидометра миновала отметку в 120. Колин мысленно твердил одно и то же: «Вперед, вперед…»

Колин ехал так быстро, что за окном все сливалось.

Несмотря на пристегнутый ремень безопасности, Марию кидало из стороны в сторону каждый раз, когда Колин поворачивал, притормаживал или нажимал на газ. Она думала только о Серене и о том, что сестра была мишенью с самого начала. Доктор Мэннинг играл с ней…

Мнимая стипендия. Собеседования. Он постепенно завоевал ее доверие…

И непрерывно строил козни. Следил за Сереной. Не только лично, но и через социальные сети. Доктор Мэннинг пришел ужинать к Санчесам, поскольку знал, что Марии там не будет.

Серена всем объявила, что у ее сестры свидание. Он знал, что Мария приедет на мамин день рождения, потому что Серена написала об этом в блоге. По мере того как Мария осознавала случившееся, она чувствовала, что паника, нарастая, овладевает ею. Все труднее становилось дышать – легкие сжимались. Мария попыталась прогнать это ощущение, она помнила по прошлому опыту, что в таком состоянии приступ неизбежен, но девушка не могла не думать о Серене. Что, если они уже опоздали? Что, если доктор Мэннинг похитил Серену? Что, если он сделает с ней то же, что Лоуз с Кэсси?

Перед мысленным взором Марии мелькнули фотографии с места преступления, и дышать стало почти невозможно.

Она убеждала себя, что это просто паническая атака, но, тщетно пытаясь вдохнуть, девушка поняла, что ошибалась. Раньше ничего подобного она не испытывала. Вдруг Мария ощутила жгучую боль в груди, которая распространилась на левую руку…

«О боже, – подумала она, – у меня сердечный приступ».

Колин нажал на тормоз, и по инерции Марию бросило вперед.