Говорят, он подхватил воспаление легких и заразный… Но я была бы готова заразиться даже смертельно, лишь бы увидеть его, лишь бы иметь возможность быть с ним…

— Ася, привет, — Гриша с улыбкой заходит в палату, поднимает повыше кулек с мандаринами. – Ты сегодня выглядишь лучше, не то, что в те дни, когда лежала без сознания. Смотреть было жутко. Я так рад видеть тебя, рад…

Он еще что – то говорит, а меня качает. Хотя и лежу. Ком в горле заставляет сглатывать собственные слезы.

— Эй, я не хотел… Ну, то есть, ты все равно красивая… Просто сейчас еще лучше.

— Нет, нет… Ты ко мне заходил?

— Конечно, каждый день. А как иначе…

— Ну… — пытаюсь подняться, но живот дико болит, ровно в том месте, куда я нанесла себе рану… — Просто я думала, теперь тебе противно будет со мной… Общаться. Думаю о браке и речи быть не может…

Пытаюсь сделать все шуткой, даже рассмеяться, но не получается. Рвется только утробное рыдание. Он ни разу не пришел… Только в тот день, с отцом… И даже не смотрел на меня… Он на меня не смотрел…

Гриша взгляд прячет, садится на стул рядом с кроватью и начинает чистить мандарины. Передает мне дольку…

— Тебе много нельзя, так что остальные я принес для себя.

— Ну понятно, — сглатываю приятный горлу кусочек. Так приятно, так свежо.

— В общем, в полиции вспыло видео, на нем… — Гриша сжимает в кулаке мандарин, так, что он рвется и вытекает из кулака некрасивой мякотью.

— Что на нем? – смело заглядываю в глаза друга, бывшего ли?

— Одинцов тебя, ну… Сама понимаешь…

— Не понимаю. Мы там были очень долго…

— Насилует, — шепотом говорит Гриша, а я головой качаю.

— Тебе проще принимать меня как жертву? Думаешь, что если так представлять, то появится ко мне уважение?

— Ты и есть жертва, Ася… Он брал тебя силой!

— Гриш, я люблю его… — признаюсь тихо и он роняет мандарины…

— Ты сама сказала, что вы были там очень долго, тебе могло показаться, что ты любишь. Я читал, такое бывает с жертвами изнасилования…

— Думаешь все всегда по долбанному учебнику!? Покажи хоть один, в котором двух подростков заперли и заставляли сношаться, как животных, а потом грызть друг другу глотки»! Покажи! А мы смогли! Мы выжили! Мы полюбили!

— Ася, перестань, ты не в себе…

— Я люблю его, он любит меня…

— Ну и где он тогда!? Почему не приходит! Ему стыдно!

— Ты ничего не знаешь про стыд! И никогда не узнаешь! — кричу я и ахаю, когда на пороге появляется Демьян…

— Ты какого хера тут забыл! Ты что наговорил ей!

— Это из-за тебя она такая! Ты не должен был приглашать ее на вальс! Она со мной пришла!

— Наверное, поздно тебе уже говорить, что мы не только танцевали?

Гриша, Гриша безобидный вдруг замахивается и пытается напасть на Демьяна. Я почти уверена, что тот отойдет, но он принимает удар в челюсть и смеется, а потом еще один.