Потому что мое счастье он забрал, ни разу не отвернувшись.

Мы приезжаем в город. Тормозим возле небольшого офисного здания. Два этажа и облупленные стены. Впрочем, в нашем маленьком городке и это неплохо смотрится.

— Анатолий Геннадьевича, проходите, — нас принимает миловидная брюнетка, удивленно смотрит на меня. Непонимание сменяется узнаванием и шоком. Она распахивает глаза и открывает дверь шире.

— Рада видеть тебя, Ася.

— Добрый день. А можно пару вопросов, пока вы не начали.

— Ты хочешь поговорить наедине? Я давно ведь зову тебя, отец говорил?

— Говорил, да – папа деликатно удаляется, а я сажусь на диван. Нет, я не хочу вспоминать и погружаться в подвал, даже мысленно.

Ведь он и так со мной. Каждый день. Каждую минуту, стоит закрыть глаза как я легко прыгаю в этот омут некрасивых фантазий, где я была любимой, где наша с Демьяном смерть была очищением.

Многие, выживая получают второй шанс, меняются. А мне кажется, что я там потеряла себя, а найти уже не получится. Душа не вернется.

— Ась, я понимаю, тебе тяжело говорить, но со временем.

— Чушь, Инесса Игнатовна. Сколько читала на форумах, время не лечит, даже не притупляет боль, просто из острой превращает ее в хроническую. Можно забыться в работе, можно даже переехать, но мой подвал всегда со мной.

— Пока ты называешь его своим, ничего не изменится. Ты права, помнить ты будешь всегда, но если у нас даже появился на теле шрам, мы всегда можем его скрыть от окружающих, попытаться жить настоящим, завести друзей. У тебя есть друзья, Ась?

— Гриша. Он хороший парень, но рассчитывает на большее, но я вряд ли когда-нибудь смогу ответить ему взаимностью. Я чего пришла — то. Я хочу стать сотрудником соц опеки. Я знаю, насколько они наплевательски относятся к ситуациям в семьях, не разбираются, не любят докапываться до истины. Я хочу это изменить.

Психолог не смеется, но на ее лицо кривится в снисходительной улыбке.

— Ты такая еще максималистка, Ася. И это просто поразительно учитывая, что с тобой произошло.

— Скажите, что у меня ничего не получится?

— Скажу, что сделаю все, чтобы у тебя получилось. Я даже подготовлю тебя к экзаменам и помогу с общежитием.

— С общежитием не надо. Я буду с родителями жить. За папой присматривать. У него тоже процесс перестройки.

— Ну хорошо. А в остальном? Позволишь помочь тебе?

— Позволю. Это куда я должна поступать?

— На юридический. Самый верный способ борьбы с человеком — это знание законов. Вот даже взять вашего маньяка… Ты не против, что я о нем заговорила?

— Мне все равно, — внутренне сжимаюсь, но мне дико интересно, что она о нем скажем. Даст зацепку полиции?

— Ну вот. Он ведь даже может отделаться условным при должной защите. Списать все на невменяемость.