Заебал этот старый казах. Что ему еще надо!

— Надолго они в Екатеринбург?

— На неделю вроде, а что?

— Я могу пригласить родителей на чай. Он ведь не отстанет, ты знаешь! — с мольбой в голосе просит Лейла.

— А вещи Киры куда денутся?

— Откуда они знают, мои это вещи или ее? Детские спрячу куда-нибудь. Или можно сказать, что готовимся к малышу. И детскую обустроили? Да, классно все получится!

— Блядь, Лейла! Ты понимаешь, что вообще предлагаешь мне?

— Да все будет хорошо! Они просто посмотрят и успокоятся!

— Кире это не понравится!

— Скажешь, что клининг заказывал. Она и не узнает ничего!

Зачем Кире клининг? Она сама как клининг, все сверкает вокруг.

— Я не знаю, Лейла. Мне вообще не до этого! — стону я, сжимая виски пальцами. В голове ноет и пульсирует от боли.

— Что такое? Голова опять? — обеспокоенно вопрошает девушка.

— Да. Раскалывается просто!

— Я могу приехать, сделать массаж!

— Не надо! Я выпью таблетку.

Сделала уже раз, хватит, дрочил в душе как малолетка. Противно так было потом, словно жене изменил. Вообще с этим пора завязывать. Находясь вдалеке, невольно начинаю замечать красоту своей фиктивной жены. Фарфоровую кожу, изящные руки, стройную фигуру. Лейла всегда сдержана, практически не ругается матом и очень умна. В Лондоне она занималась изучением мировой истории, а сейчас составляет родословные на заказ. Ей безумно нравится копаться в архивах, выстраивая, как по нотам, истории той или иной семьи.

— Выпей и ложись спать. Ты голодный?

— Доставку закажу, не маленький.

— Как так они уехали? Ты же предупредил, что прилетишь?

— Она заблокировала меня опять, видимо.

— Ох, Макар. Бедняжка. Но ее тоже можно понять, одна растит девочку. Но ты ведь для них стараешься, — журчит Лейла. — На благо семьи работаешь.

— Для них, — хмыкаю. — Для кого еще.

— Так что с папой решим?

Я судорожно соображаю, что можно придумать, и ничего не идет на ум. Пожалуй, план Лейлы, это лучшее решение в этой ситуации.

— Окей. Я дам задание Артуру, чтобы он все здесь подготовил и передал тебе ключи. Вещи Киры не трогай, ради бога, и ничего не перекладывай. Она заметит и будет пиздец!

— Да мы только чай попьем и все, — смеется казашка. — Не волнуйся ты так. Я ведь не враг себе. Ты ведь с нами будешь, проконтролируешь все?

— К своим полечу, не в Москве ведь сидеть! — начинаю сердиться. Ересь какую-то спрашивает.

— А что мне папе сказать? — ахает в ответ.

— Да что угодно, придумай что-нибудь. Хоть на похороны улетел к двоюродной бабушке. Похуй вообще!

— Я лечу к своим девочкам. Остальное неважно. Поняла?

— Хорошо. Ты там не отсвечивай сильно. Мало ли, вдруг кто увидит. Сам понимаешь!

— Понимаю, не дурак!

— Береги себя, Макар. Я волнуюсь. Наверное, нужно показаться врачу. У тебя часто голова болит. Я могу записать тебя.