И, кажется, Паша это чувствует. Еще раз усмехается и тянет.

— Или я могу зайти? Только вряд ли твой муж будет сильно рад меня видеть…

Однако ты сильно заблуждаешься. На это предложение Сай согласен. Он слегка щурится и кивает коротко, но Катя не спешит соглашаться. Чувствует подвох? Я его тоже ощущаю.

Или просто не хочешь, чтобы она говорила с ним тет-а-тет? Понимаю. Я тоже не хотел бы, если честно…слишком этот Паша какой-то…блядь, наглый. Так и вижу, как бью ему по морде, и ничего с собой сделать не могу.

Терплю только ради Лизы, отвечаю.

Тем временем, Сай кивает еще раз, и тогда Катя закатывает глаза и вздыхает.

— Дом в конце улицы, зеленый фасад. На охране скажи, что ты к Салмановым. Если будут вопросы, пусть звонят.

— Паша! Давай только без дурости?!

— Как же я могу? Дурость — мое второе имя.

— Я серьезно. Без твоего обычного…всего!

— Мы не виделись десять лет, Герда. С чего ты взяла, что я не изменился?

— Знаешь? Что-то мне это подсказывает…наверно, потому что дурость — действительно твое второе имя?

— Ха! Как закрутила…а раньше тихой была, скромной. У Лизы научилась дерзить?

— А это уж совсем вряд ли. Ты в вашем неизменном дуэте всегда была ангелом. Еду.

Короткий гудок оповещает о конце разговора, но о начале чего-то другого. Смотрю на Сая. Он на меня нет. Намеренно уводит взгляд в сторону, а потом бросает.

— Ты останешься здесь, Адам.

— Да с того, что вы друг другу морды разобьете, а мне только этого не хватало! Иди, встречай своего гостя.

— Что? — спрашивает Катя, но я уже все понял.

Он хочет получить информацию, а со мной это не получится. Возможно? Но пока Сай на меня внимания не обращает, на жену свою только.

— Иди, Катя, я на минуточку задержусь.

Когда она уходит, он переводит на меня взгляд и цедит.

— Я, блядь, заебался барахтаться, не зная глубины!

— Сиди здесь и не действуй мне на нервы, ясно?!

— А не очевидно?! Хочу знать, с кем мы имеем дело, твою мать! Все, разговор окончен!

— Тебе не кажется, что ты слишком много на себя берешь?!

— Зная все вводные?! Пошел ты! При тебе он молчать будет!

— А при тебе начнет петь как попугай голосистый?!

— Ну, так у нас будет хотя бы что-то! Сиди здесь! Точка!

Как же меня бесит, что он опять это делает — воспринимает меня исключительно как проблему, которую необходимо решить. Ну или как магнит для проблем? Не знаю даже, что хуже. Наверно, в этом уравнении нет положительных значений: и то и то — расклад дерьмовый.

Только я не успеваю даже возразить. Сай разворачивается и с силой толкает дверь, оставляя меня в очередной раз в дерьме с полным ощущением дерьма-родимого и внутри себя тоже.

Прямо как много лет назад, когда мне было семнадцать и меня окунуло в алкоголь и наркоту с головой.