— Разрешите выгружать, товарищ майор?

— Да, директор школы вроде бы отменила на сегодня все уроки, чтобы ребята на этот кошмар не смотрели, — прослеживался административный женский голос, принадлежавший, очевидно, кому-то из школьных завучей. — Мы вам, конечно, содействуем, просто такое, согласитесь, не каждый день видишь!

— А-а-а, ну давайте-давайте: у каждого, как говорится, своя работа, — гудел майор. — Я кому сказал кладбище прочесать?! Что, никаких следов сатанистов?

— Внимание! Просьба ко всем учащимся отойти от здания школы и не наблюдать тут за работой милиции! — угадывался голос капитана. — Здесь вам не киносъемки!

— Вот сюда майнай, куда я газеты постелил, — волновался носатый лейтенант. — Да аккуратней ты, видишь, как она скользит!

— Отсними ее пока со всех сторон, а я отойду покурю, — Лолита затянулась первой глубокой затяжкой и переместилась на газон, где было меньше людского движения. — Больше акцентов на следы насилия.

— Здравствуйте! — вернулся, но теперь откуда-то со спины, голос мужчины с прыгающими глазами. — Курите?

— Здравствуйте! — журналистка обернулась и вновь увидела приземистого мужчину. — Курю.

— А я вас узнал! — незнакомец неуверенно улыбнулся, и на его нижней, заметно выдающейся губе наметилась пена. — Сразу узнал! Я себе вас именно такой и представлял! Вы еще подъезжали, а меня как толкнуло — моя любимая журналистка едет!

— Это невозможно! — Лолита улыбнулась, а сама подумала, что ей действительно знаком этот угодливый голос.

Она допустила, что когда-то уже встречалась с этим человеком. Наверное, она с ним даже не общалась, а просто заметила при каких-то столь незначительных обстоятельствах, что вот даже и не запомнила это примитивное лицо, напоминающее наших далеких-предалеких предков. Да, скорее всего именно так, потому что обычно она очень четко и надолго фиксирует самых разных людей: пассажиров в метро, покупателей в очереди, просто прохожих.

— Может быть, вы все-таки немного ошиблись?

— Да-да, ошибся! Шутить изволите?! Я вам хочу сказать, что вы по телевидению интересную программу показываете, — мужчина начал мелко кивать. — Хорошая у вас программа, полезная.

— Спасибо, — безразличным голосом ответила Руссо и поднялась на цыпочки, чтобы посмотреть, как обстоят дела у оператора. — Вы меня очень поддержали!

— Вы меня, милая дамочка, за ради бога извините! — назойливый зевака (или поклонник?) мял в руках старомодный брезентовый рюкзачок и сновал своими доисторическими глазами по фигуре Лолиты. — У меня к вам одна малюсенькая просьбица имеется.

— Что же я могу для вас сделать? — журналистка бросила сигарету и направилась в сторону оператора. — Я, вообще-то, сейчас очень занята.