Саша уже ничего не видел, только как сквозь сон уловил ее последние слова:

– Завтра. Завтра будешь принимать верные решения…

Что мы имеем сейчас? Персона 286 214 587 321 лежит в данный момент на земле с пробитой головой и переломами, несовместимыми с дальнейшим жизненным циклом. Кажется, это называется самоубийством. Цикл нужно писать заново. Ты видишь, что написано дальше? Ты видишь, КТО это написал?

– Спасибо, Петр, я хорошо знаю ЕГО руку. Я не сделала ничего ПРОТИВ ПРАВИЛ. Вы даровали людям возможность выбора, таким образом ввергнув их в круг противоречий. Они имеют возможность принимать решения. Иногда это сбивает циклы. Я не сбивала цикл. Персона сама выбрала вектор развития. Я даже не указывала путь. Он ступил сам.

– Астарта, я вынужден обсудить эту проблему с НИМ. Мы не можем все время менять циклы. Прости, но я должен это сделать.

– Вы вольны в этом, Петр. Делайте то, что делаете. В финале все образуется. Не так ли? Кстати, Петр, а вы знаете, что такое водка?

– Кажется, это некая субстанция, оказывающая на мозг персоны опьяняющее воздействие. А что?

– А вы могли бы выпить водки с Павлом?

– Астарта, я не понимаю вопроса. Вы, кажется, слишком много времени проводите среди людей. Это еще один довод в пользу моей позиции. Это нужно прекратить.

– Хорошо, Петр, не думайте об этом. Увидимся.

Астарта набрала адрес форума, нашла текст и стала читать комментарии. Последний оставленный комментарий гласил:

«Ржачная телега. Только чо у тебя боги не смеюцца никогда? Надо, штоп они ржали и курили шышки. Тогда еще прикольней будет».

Астарта улыбнулась и написала:

«Иногда боги смеюцца…»

Затем она ткнула пальцем в имя написавшего предпоследний комментарий. Через десять минут она стояла на набережной, в сквере, где молодые люди начали раскуривать марихуану.

…Сделать правильный выбор в ситуации «или-или» практически невозможно.

Все мы желаем жить, и поэтому неудивительно, что каждый пытается найти оправдание, чтобы не умирать.

«…Воспоминания. Мысли о том, что когда-то ты мог пойти совершенно другим путем.

Ступить на дорогу, которая, возможно, привела бы тебя к другому финалу. Менее горькому, менее терпкому. Финалу, который не заставляет кровь бурлить подобно тому молодому вину. Воспоминания. Эти маленькие убийцы. Они похожи…»

В бутылке оставалась еще ровно половина. Он улыбнулся и снова взял в руки фотографию. Осторожно. Словно дитя, которое боишься уронить.

Осень была потрясающей. Несмотря на конец ноября, Москва явно не собиралась примерить свой извечный наряд, состоящий из мокрого снега, простокваши под ногами и пронизывающего ветра. Было довольно холодно, но сухо.