Она подняла руки и скрестила их на груди, спрятав ладони в сгибах локтей. И шла дальше, просто желая избавится от затянувшейся боли.

Теперь она свободна. И может начать свою жизнь с братьями Колтер. Она посмотрела в лицо своим страхам и вышла невредимой. Или, по крайней мере, не такой разбитой, как была. Она исцелится. Может быть, не завтра и не послезавтра, или даже не в следующем году, но однажды она сможет думать о Рози без обжигающей агонии и невыносимой тяжести отчаяния.

Возможно, сработало ее подсознание, потому что она не собиралась идти на кладбище, где была похоронена Рози. Она даже не понимала, что идет в том направление. Но когда подняла глаза, увидела железные ворота у входа на детское кладбище.

Лили остановилась в нескольких метрах от открытых ворот и просто уставилась на место, которое не видела с момента того ужасного дня, когда они хоронили Рози.

Она закрыла глаза и вдохнула поглубже. Собираясь с мужеством. Однажды она сказала, что у нее его нет, но в последнее время находила его все чаще и чаще. Жизнь – это поиск мужества, чтобы проживать каждый день и смело встречать трудности.

Она медленно шла по извилистой тропинке. Пыталась вспомнить, где именно была похоронена Рози. Ведь большую часть того времени провела, будто в тумане. Она снова закрыла глаза и мысленно вернулась в день похорон. Могила Рози находилась в под огромным тополем, ветви которого раскинулись над несколькими могилами, словно собирая ангелочков в свои руки.

Она открыла глаза и увидела его. Сглотнув, пошла более решительно, пока не нашла надгробный камень с именем Рози.

«Рози Уэстон. Любимая дочь. Ты была моей, а теперь – Его. Пусть Он заберет тебя на крыльях ангелов домой, откуда ты родом».

Она написала посвящение сама и до сих пор не позволяла сомебе даже думать по-другому.

Она подняла лицо к солнцу.

– Я люблю тебя, детка, – прошептала Лили. – Я не жалею ни об одном моменте, который провела с тобой. Ты всегда будешь моим ангелочком.

Наступила тишина, и вокруг стало спокойно. Ее окутало тепло и приняло в свои объятия. Солнечные лучи струились через большие ветви дерева, которые защищали могилы от непогоды.

Она посмотрела вниз, а затем опустилась на колени, чтобы коснуться прохладного мрамора.

– Прощай, – прошептала она. – Я никогда не говорила это прежде. Просто не могла. Прощай, моя милая малышка.

Она встала, стремительно развернулась и быстро пошла с кладбища. Лили вытерла глаза тыльной стороной рукава и начала искать такси. Холли и Кали будут беспокоиться. Она отсутствовала дольше, чем ожидала.

Ей пришлось пройти два квартала, прежде чем смогла поймать такси. Лили откинулась на сиденье и закрыла глаза, пока они ехали обратно в отель.

Она была истощена. Психически и физически уничтожена. Но ей стало легче.