Оба бойца зачерпнули масло из сосуда, который поднесли оруженосцы, смазали им свои тела, затем обвили руками плечи друг друга и по сигналу сошлись.

Толпа приветственно зашумела; мужчины боролись, их тела напрягались в скользких захватах, следующих друг за другом, пока Паллас окончательно не уложил тяжело дышащего Элона на траву, и толпа взревела.

Паллас как победитель поднялся на помост, его волосы чуть лоснились от масла. Зрители затихли в ожидании. Это была древняя и полюбившаяся традиция.

Паллас опустился на колени перед Дэмиеном, практически сияя от почета, которого он удостоился за три своих победы.

— Если это порадует моих господ, — сказал Паллас, — я прошу чести поединка с Королем.

По толпе пронеслась волна одобрения. Паллас был восходящей звездой, и все хотели увидеть борьбу Короля. Многие из знатоков борьбы жили здесь ради таких матчей, когда лучший из лучших меряется силами с признанным чемпионом королевства.

Дэмиен поднялся с трона и поднес руку к золотой броши на своем плече. Его хитон соскользнул, и толпа одобрительно загудела.

Слуги подняли его одеяние там, куда оно упало, пока он спускался с помоста и выходил на арену.

На поле он протянул руки к сосуду, который держал оруженосец, и зачерпнул масло, смазывая им обнаженное тело. Он кивнул Палласу, который, как он заметил, был возбужден, нервничал и пребывал в эйфории; Дэмиен положил руку на плечо Палласа и почувствовал его руку на своем собственном.

Дэмиен наслаждался этим. Паллас был достойным оппонентом, и было приятно чувствовать напряжение и усилия хорошо натренированного тела против своего собственного.

Схватка длилась почти две минуты, прежде чем Дэмиен захватил шею Палласа и удерживал его, пресекая каждый импульс, каждый рывок до тех пор, пока Паллас не застыл от напряжения, затем содрогнулся и обмяк, и матч был выигран.

Довольный, Дэмиен неподвижно стоял, пока слуги соскребали масло с его тела и вытирали его. Он вернулся на помост и развел руки, чтобы слуги могли вновь одеть его.

— Хороший бой, — сказал он, занимая место на троне рядом с Лореном.

Дэмиен махнул рукой, чтобы принесли вина.

— Ничего, — ответил Лорен и отвел глаза. Поле расчищали для октона.

— Что же нас ждет дальше? Я действительно чувствую, — сказала Ваннес, — что это может быть все, что угодно.

На поле расставляли мишени для октона через отмеренные промежутки. Никандрос поднялся.

— Я должен проверить копья, которые будут использоваться в октоне. Для меня будет честью, — сказал Никандрос, — если ты присоединишься.

Он обращался к Дэмиену.