— Лорен, — произнес Дэмиен, шокированный и совершенно неприкрытый, когда дверь распахнулась. Вошел Паллас. Лорен поприветствовал его, ничуть не смутившись.

— Да? — Невозмутимым голосом спросил он.

Паллас открыл рот. Дэмиен увидел картину, развернувшуюся перед глазами Палласа: Лорена, словно девственника, которого только что отымели, и себя самого, полностью возбужденного, на нем сверху. Дэмиен покраснел. В Айосе он мог бы развлекаться с любовником, пока раб из домашней прислуги выполнял какую-нибудь работу в комнате, но только потому, что раб был настолько ниже его по статусу, что его можно было не замечать.

Мысль, что солдат наблюдает, как он занимается любовью с Лореном, перевернула его разум. Лорен никогда даже не брал любовника, тем более…

Паллас опустил глаза в пол.

— Мои извинения, Повелитель. Я пришел за Вашими приказами на это утро.

— Сейчас мы заняты. Пусть слуга приготовит ванну и принесет завтрак позже. — Лорен говорил как управляющий за своим столом.

Паллас, не глядя, развернулся к двери.

— Что такое? — Лорен смотрел на Дэмиена, который отодвинулся от него и сидел, натягивая простыню, чтобы прикрыться.

Затем Лорен добавил, расцветая от удовольствия из-за своего открытия: — Ты стесняешься?

— В Акиэлосе мы не делаем этого, — сказал Дэмиен, — перед другими людьми.

— Тем более Король, — ответил Дэмиен, для которого Король все еще отчасти значило его отец.

— Но как тогда двор узнает, что королевский брак был консумирован?

— Король знает, был или не был консумирован его брак! — В ужасе ответил Дэмиен.

Лорен уставился на него. Дэмиен был удивлен, когда Лорен опустил голову, и еще более удивлен, когда плечи Лорена начали трястись.

Сквозь смех он сказал:

— Ты состязался с ним в борьбе совершенно нагим.

— Это спорт, — ответил Дэмиен. Он скрестил руки на груди, думая, что Виирийцам не достает чувства возвышенного, когда Лорен, сев и прильнув к его губам в счастливом поцелуе, заставил его слегка успокоиться.

— Король Виира правда консумирует свой брак перед всем двором?

— Не перед двором, — ответил Лорен так, словно это была невероятная глупость, — перед Советом.

— Гийон член Совета! — воскликнул Дэмиен.

Потом они лежали рядом друг с другом, и Дэмиен очерчивал пальцем шрам на плече Лорена, то единственное место, где его кожа была повреждена, как теперь знал Дэмиен.

— Мне жаль, что Говарт мертв. Я знаю, что ты пытался оставить его в живых.

— Я думал, он знает что-то, что я мог бы использовать против моего дяди. Это уже не имеет значения. Мы остановим его другим способом.

— Ты не рассказывал мне, что произошло.

— Ничего. Была драка с кинжалом. Я освободился, и мы с Гийоном пришли к соглашению.

Дэмиен посмотрел на него.

— Никандрос никогда не поверит в это, — ответил Дэмиен.