В один момент люди закончились, а я продолжал сидеть в полном отупении и опустошении.

Глаза сами по себе закрылись, и я вырубился.

Очнулся я через несколько часов, если судить по расположению солнца, укутанный на чем-то мягком. Рядом обнаружился Могута, Накам и Дален с Гостивитом.

Приподнявшись на локте, я осмотрелся вокруг. Убитые враги уже были раздеты до исподнего. Наших же уже отнесли в сторону и подготовили огромный погребальный костер. Там же в стороне стояла наша колонна со взятой добычей и холопами, которые сидели сжавшись.

— Яромир, ты как? — раздался голос брата, и он мне протянул мех с водой.

— Терпимо, — ответил я, и брат усмехнулся, а я утолил жажду.

— Это хорошо, — ко мне подскочил Гостивит. — Ты сидишь себе, а тут бац и валишься. Мы аж всякое подумали. А ты просто спишь, — со смешком добавил друг.

— Перенапрягся, — пояснил я. — Пожевать бы чего.

— Сейчас будет, — весело произнес Дален и унесся к телегам.

Тело все ломило, да и слабость была дикая.

— Как тут дела? Много убитых у нас? — поинтересовался я.

— Больше сотни, — сразу откликнулся брат.

— А этих, — кивнул я на врагов.

— Кто ж знает, ни кто не считал, — ответил Могута и почесал затылок.

— Броней изрядно взяли как и оружия. Вот только многое чинить надо или в переделку. Воеводу захватили и еще каких-то важных. Воеводу нашли прям на поле боя. Ему по голове прилетело, и он без чувств был. Наши его чуть не прибили, но обошлось. Огнеяр рад радёшенек. Важный такой ходит, — усмехнулся брат.

— Хорошо, — только и произнес я, как появился Дален, притащив с собой дюжину яблок.

Я сразу их с удовольствием оприходовал, мне даже полегчало.

Через несколько часов заполыхал погребальный костер, а мы затянули прощальный воинский плач, прощаясь с павшими.

Не дожидаясь, пока он потухнет, мы начали переправу на родной берег. Никто не желал ночевать на поле брани.

Ночь прошла быстро, и с утра с немного наполнившимся источником я вновь приступил к лечению раненных.

Отдохнув мы отправились в Щецин. Обратная дорога мне показалась короче и быстрее. Мы возвращались домой с победой и с добычей. Вот такая она воинская слава. Подходя к городу, Огнеяр отправил гонцов вперед, дабы сообщили о нашем прибытии.

Нас встречал с почестями фактически весь город.

Были и жрецы, и посадник, да и многие другие. Главное нас вышли встречать дочери князя.

Они лично поднесли кубок с хмельным медом Огнеяру, а после и нам с сотниками. Уважили — не отнять, не прибавить.

Мне кубок подавала младшая дочь князя. Я же смотрел на нее не отрываясь, и под моим взором она покраснела и потупилась. Красивая….

Глядя на нее у меня возникла шальная мысль, а не посвататься ли к ней. Не сейчас конечно, а позже. Бажена меня конечно устраивает более чем, но в нынешних реалиях можно иметь и больше жен.